Книга Клинки города ярости, страница 115 – Юлия Арвер

— Они друг друга стоят, – хмыкнула я и сделала очередной глоток.

Терпкость вина на языке разливалась теплом в груди, Тир тоже потихоньку пьянел. На его щеках заиграл румянец, а улыбка расползлась шире. Тир развалился в кресле и с интересом поглядывал на меня из-под завесы густых ресниц.

— Ты не задумывалась, что было бы, реши мы пожениться, не уходя со своих постов? – вдруг спросил он.

— Вы имеете в виду объединение провинций?

— Именно. Что за глупое правило? Своим союзом мы могли бы положить начало общему роду. Кровь Миреи и Нарама в жилах одного ребенка. Разве не прекрасно?

— Боюсь, Мирея и Нарам не смогут мирно существовать в одном человеке, – хмыкнула я, лукаво взглянув на разомлевшего Тира.

— Не попробуешь – не узнаешь.

— Тир, вы же знаете о моих чувствах. Зачем травите мне душу? – прошептала я и сжала бокал так сильно, что нежный хрусталь едва не треснул. Образ Амира, истекавшего кровью во мраке темницы, вновь возник в памяти, будто я видела его всего пару часов назад.

— Я все еще надеюсь, что Амир одумается и попросит прощения у Лиры, – признался Тир. – Моя сестра слишком сильно страдает по нему. Сначала она похоронила его и едва не зачахла от горя, а теперь неистово надеется однажды увидеть его. У меня нет сил смотреть на ее метания.

Слова Тира отозвались болью и ревностью в груди, но я заставила себя смолчать. Он искренне любил сестру и желал ей счастья, пусть даже с тем, кто изменил ей и заполучил к себе в постель его невесту. Если однажды мы отыщем Амира живым и сумеем вызволить из лап Первой стражи, я смирюсь с любым его решением. Даже если он поймет, что любит Лиру, и вернется к ней. Да, мне будет больно, но разве мое сердце удивить болью? Оно привыкло.

— И вы готовы закрыть глаза на мои чувства к нему? – выдавила я, не справившись со своей мерзкой пьяной половиной, перечившей голосу разума.

— Готов поспорить, однажды я сумел бы тебя завоевать, – самодовольно ответил Тир.

— Вы завоюете меня, а после пресытитесь и предпочтете другую постель. На стороне все в новинку, не то что в спальне опостылевшей жены. Я не прощу измену, даже если все это время сама буду любить другого. Скажите, Тир, что во мне такого? Я – не та женщина, к ногам которой падают первые красавцы империи. Неужели наш брак настолько выгоден вам?

Тир осушил остатки вина, тоскливо взглянул на опустевшую бутылку и выпалил:

— Знаешь, Амаль, ты не из тех женщин, в которых влюбляются с первого взгляда. Ты красива, я не спорю, но красоту эту при первом знакомстве всегда затмевает… страх. Твои глаза… они… как будто демоны смотрят через них прямо в душу. В первую нашу встречу я подумал, что ты – чудовище во плоти, пришедшее в мой дом. Разве мог я рассмотреть в тебе женщину? Да и вонь от вас с Беркутами стояла, мягко говоря, не соблазнительная. Но благодаря Амиру я взглянул на тебя по-новому.

— Благодаря Амиру?

— Он сказал, что ты мягче, чем кажешься, и лучше, чем я думаю о тебе. Сказал, что ради близких людей ты готова на все. Когда я увидел в тебе не только союзника, но и друга, то понял, что передо мной прекрасная женщина. Мне нужно жениться, и ты – та, которой я до сих пор готов это предложить. Я встал на твою сторону, ведь однажды ты встала на мою. Да, мне не под силу переделать свою натуру, но я предлагаю тебе то, в чем нуждается каждая женщина – защиту и надежность. Даже если однажды я полюблю другую, одно никогда не изменится – мое искреннее уважение к тебе. Я буду верен тебе, как самый преданный союзник. Разве важнее верность телесная верности душевной?