Книга Клинки города ярости, страница 113 – Юлия Арвер

— Амаль! Пора бы мне уже привыкнуть, что ты приходишь только по ночам и никогда не остаешься у меня до утра.

Я на миг прикрыла глаза и выдавила ответную улыбку. На плечи давил непомерный груз, но беззаботное лицо Тира облегчало мою ношу. Непонятно, как у него это получалось.

Выслушав мои сбивчивые объяснения, воевода разбудил Брая и велел привести Ансара, который сегодня как раз дежурил у ворот. Его и отправили на поиски Гарая и Илмара, которые, оказывается, все это время мирно пили чай с баранками на кухне в ожидании нас.

Брай кое-как разместил моих спутников на ночлег. Комнат в доме не хватало, поэтому пришлось Беркутам потесниться. Геуле с Дишей выделили небольшую комнатку, Эрдэнэ, Гарая и Илмара поселили вместе, поскольку мои солдаты наотрез отказались спать рядом с таинственным полудемоном и отвратительным для них кадаром. Игла, конечно же, заняла мою спальню.

Беркуты доложили, что непрестанно наблюдали за дворцом и по мере возможностей следили за Первой стражей. Ни Амира, ни Ратнара увидеть так и не удалось, но одно они узнали: каждые три дня от дворца отправлялась большая телега с припасами, иногда ее заполняли тела. Поскольку никто из Беркутов не умел скрываться в тени, они не смогли проследить за повозкой. Игла тут же вызвалась присоединиться к моим солдатам и помочь. Реф заявил, что сделает невозможное, чтобы найти своего мальчика. Ансар, как и Тир, едва не уронили челюсти на пол, увидев маленького лиса.

— Реф всегда держался рядом с Амиром, поэтому посвящен во все тайны, которые были известны ему, – сообщила я, с улыбкой наблюдая, как вытянулось от изумления лицо Тира. Бесплотный лис непозволительно много знал о его разгульной жизни.

Игла рвалась ко дворцу ночью, но я запретила ей выходить из дома до утра. Она скрипнула зубами от злости, но пообещала дождаться Беркутов, которые явятся к завтраку с докладом. Тогда мы и подумаем, что делать дальше.

Наконец все разбрелись по комнатам, и даже Эрдэнэ хватило такта уйти, позволив нам с Тиром поговорить с глазу на глаз. Едва за ним закрылась дверь, я рухнула в кресло и прикрыла глаза. Рядом с Тиром стало спокойней. Он – друг. Он поможет.

Воевода взял из шкафчика со стеклянными дверцами бутылку вина, два бокала и мягко произнес:

— Позволишь пригласить тебя к себе в покои? Не подумай ничего дурного, мы просто поговорим. Так у нашего разговора не будет невольных свидетелей, – он замолчал на пару мгновений и расплылся в соблазнительной улыбке: – Впрочем, если не хочешь разговаривать, в своих покоях я могу исполнить любое твое желание.

— Одного не пойму: неужели ваши девицы настолько глупы? Такие непристойности не возбуждают. Они смешат, – буркнула я.

Тир хохотнул и добавил:

— Рассмешить женщину значит преодолеть полпути до ее сердца. Будь осторожна, осталось совсем немного до того часа, когда ты безнадежно влюбишься в меня. Ради этого я готов смешить тебя дни и ночи напролет.

— Я была бы польщена, если бы действительно верила, что такие слова вы говорите лишь мне одной.

Тир загадочно пожал плечами и спорить не стал. Вместо этого он толкнул дверь и услужливо уступил мне дорогу. Я поплелась к его покоям, ощущая себя невероятно уставшей. Тир прозорлив: мне хотелось выпить вина и немного ослабить хватку на собственной шее. Если же в нем до сих пор теплилось желание соблазнить меня, то это просто смешно. Такой мужчина, как Тир, не должен хотеть такую, как я. Исхудавшую, общипанную, словно курица, нервную, озлобившуюся, бесконечно уставшую. Не может же он быть настолько неразборчив! Я уж точно никогда не могла бы стать мечтой искушенного мужчины.