Книга Выбор сделает Мальвина, страница 44 – Татьяна Миненкова

Он хмурится, но условия равноценны — у каждого из нас сейчас своя зависимость и в конце концов нам обоим придется от нее отказаться. Кажется, Костя тоже пришел к этому выводу, потому что не спорит, но вместо этого серьезно и тихо произносит:

— Это будет просто работа, Алина, ты понимаешь?

— Почаще себе об этом напоминай, — отзываюсь я, скрестив руки на груди и дерзко вскинув подбородок.

Не прошу Семенова остаться, хотя очень хочется. Даже уговорить его остановиться в ближайшем к Талассе Меркурии удается с огромным трудом. От предложения отвезти его, Костя тоже категорически отказывается, заявив, что его ждет такси. После его ухода я устало прижимаюсь спиной к стене прихожей, в полной мере осознав, насколько с Семеновым теперь сложно. Он будто специально усугубляет ситуацию, чтобы я сама побыстрей разочаровалась и оттолкнула его первой.

«Ты отпустишь меня» — так он это назвал. И я отпущу. Но даже сейчас в полной мере осознаю, как больно мне от этого будет.

Quest for Perfection — Jamie Salisbury

Снова полночи ворочаюсь с боку на бок, сбиваю простыни, считаю до ста, до тысячи — бесполезно. Перед глазами стоит Костя: хмурый и напряженный. Слова «когда всё закончится, я снова уеду» занозой впились в память. Знаю, что рано или поздно придется отпустить. Всех и всегда мы в конце концов отпускаем. Но Семенов каким-то образом стал для меня слишком дорог.

К утру сдаюсь. Встаю, варю кофе, смотрю на остывшее печенье. Аппетита нет и состояние странное, словно в голове вата, а руки и ноги стали непомерно тяжелыми. Это всё стресс и недосып. Когда я вообще крепко и спокойно спала в последний раз? Кажется, больше года назад.

Вчера я с трудом отвоевала у Семенова право заехать за ним перед работой. И поскольку попытки сделать завтраком что-угодно кроме кофе вызывают тошноту, одеваюсь и еду в Меркурий чуть раньше, чем планировала.

Владивосток только просыпается, но делает это неохотно — словно перевернулся на другой бок и снова натянул одеяло из серых облаков. Тепло не торопится прийти в город: зелени еще нет, только набухшие почки на голых ветвях да редкие лужицы с отражением бледного неба.

Весна во Владивостоке — обещание: тепла, зелени, жизни. Такое же зыбкое, как утренний туман над морем. Как обещание отпустить, которое я вчера нехотя дала Семенову.

В холле Меркурия тихо, только охранник на ресепшене косится с любопытством, пока я прохожу к стойке администратора:

— Доброе утро, — говорю я девушке, которая уже собирается сдавать пост. — Подскажите, в каком номере остановился Константин Семенов?

Лицо собеседницы остается невозмутимым:

— Извините, я не имею права разглашать информацию о клиентах. Репутация сети — превыше всего.

— Я — Алина Малинина и репутация сети мне важна не меньше вашего. Ценю ваш профессионализм, — устало качаю головой, потому что сил спорить и ругаться не осталось. — но Константин — тоже сотрудник Меркурия и информация о номере нужна для того, чтобы оформить все расходы за счет сети.

Администратор смотрит со скепсисом. Очевидно, дочь главы Меркурия в ее представлении должна выглядеть иначе. Как минимум: не так, будто только что восстала из преисподней, как максимум — быть похожей на улыбающуюся и жизнерадостную Ри.