Книга Альпийская охота, страница 32 – Александр Тамоников

Зальцман машинально кивнул. Когда в минуты смятения вопросы ставят вот так ребром, то ты невольно или соглашаешься, или нет. Но нельзя было не согласиться на похороны с почестями, а значит… и со всем остальным произошедшим, хотя ученый мало что видел из-за камней, где его с автоматом в руках прикрывал и не давал высунуть носа Коган. Наверное, все так и есть, как говорит Шустер, решил Зальцман и полез в машину. Он уселся на боковое сиденье, поджав ноги, чтобы они не касались тела умершего штандартенфюрера. Машина тронулась, а Зальцман читал молитву, глядя на умершего. Он молился сейчас не только за упокой души этого человека и не столько за упокой его души. Он молился и за всех, кто с ним ехал в машине, и за себя самого. Как-то немец стал чувствовать себя одиноко с этими офицерами, которые спасли его из русского заточения. Вроде бы он был спасен, и в то же время его спасение как-то не сулило ему счастья, мира над головой, спокойного будущего. Все вокруг бурлило и кипело, обливалось кровью, было страшным до ужаса, до холода в животе. И не верилось уже ни во что: ни в мир, ни в войну. Коган вел машину по мелкому каменному крошеву, свернул с основной дороги вверх. Он петлял между соснами, еле угадывая какую-то дорогу, по которой ездили местные. Сзади, уверенно урча мотором, полз вездеход, который вел Буторин. Пока что им везло. Колонна из нескольких разномастных машин миновала место схватки, не останавливаясь. Никто не заинтересовался стрельбой, хотя звуки были слышны далеко в горах. Никто не хотел ввязываться, интересоваться. Видимо, каждому хотелось убраться как можно быстрее на запад, поближе к американцам, сдаться там в плен и получить уверенность, что его не расстреляют русские, что он получит миску похлебки и сигарету. Многие рассказывали про союзников, про то, как все стремятся туда. Командиры увещевали солдат, говоря, что, несмотря на войну, на недавние бои между вермахтом и армиями США, Великобритании, будущее находится как раз в союзе с этими бывшими противниками. Запад ненавидит Советскую Россию и только и ждет повода и удобного случая, чтобы схватиться с русскими в смертельной схватке. С ослабленными длительной и страшной войной. Офицеры негромко объясняли своим солдатам, которых вели через перевалы на Запад:

— Мы были нужны Западу для того, чтобы уничтожить славян, коммунизм, который несет угрозу цивилизованному миру. Нас не станут истреблять и сжать в тюрьмы, нам снова дадут оружие, потому что вермахт на сегодняшний день самая боеспособная армия в мире, и ее повернут против большевиков.

Правда, немецкие офицеры старались не говорить и даже не думать о том, что именно Красная армия на сегодняшний день самая сильная и боеспособная армия в мире. Хотя бы потому, что она армия-победительница! А вермахт — проигравшая армия, капитулировавшая перед Красной армией.

Это была не пещера, а просто трещина в скале, скрытая орешником в зарослях пихты и сосны. Ручей стекал вниз, образовав небольшую ванну с чистой водой, из которой потом он сбегал по скалам. Площадка перед этим озерцом была скрыта скалами от дороги, и здесь можно было развести костер. Любопытно, что на карте ручей и озерцо не были обозначены. Видимо, вода нашла себе выход на поверхность только в последние годы, а карта создавалась, судя по пометкам на полях, в 1934 году.