Книга Бессонная война, страница 244 – Сэм Альфсен

Нуска был бы рад задержаться на главной площади, разузнать побольше о традициях сифов, а заодно принять участие в подношении фруктов, но у него имелись другие намерения. Добравшись до мшистой стены дворца, не обнесённого забором, лекарь коротко кивнул стражнику и скользнул внутрь.

Суматоха царила и здесь: кухарки и слуги носились между этажами, громко охали и поторапливали друг друга.

— Такой большой праздник! Что же это такое?! Почему яблоки всё ещё не засахарены?!

— Женщина, какие яблоки! Да ты видела эту паутину на окне?!

Нуска улыбнулся и поплёлся вверх по лестнице, прямиком в покои эрда.

Несмотря на то что весь город гудел, а лекарь и сам уже предвкушал праздник, всё его хорошее настроение мигом улетучилось, стоило ему приоткрыть дверь.

Син, которому не было никакого дела до мирских событий, просматривал очередные донесения, устроившись за длинным деревянным столом. За его спиной, в окне, на зелёных листьях мерцал тёплый звёздный свет. Возможно, это последние лучистые дни в этом году, но это совершенно не беспокоило правителя, который явно не планировал сегодня покидать свои покои.

— Син, сегодня… – воодушевлённо начал Нуска, только захлопнув за собой двери.

— Да, я знаю. Загляну на праздник после заката, – отозвался он, устроившись за столом и внимательно просматривая свои бумаги.

— Я разговаривал с Марой. Вы знаете, что её особый навык – чтение мыслей? – перешёл сразу к делу Нуска, пытаясь увлечь эрда разговором.

Однако Син лишь на секунду нахмурился. Пораздумав, он отозвался:

— Новость скверная, но мои мысли прочесть она не сумеет. Мара – последовательница Тиамы?

Нуска удивлённо вскинул брови, медленно проходя по коврам к столу Сина.

— Не думаю. Видимо, не горит желанием истреблять всё человечество. Но она снова попросила отдать сердце Тиамы. Я отказал.

Син вздохнул. Отложив бумаги и потерев уголки глаз, он откинулся на спинку кресла. Повисло молчание. Нуска резко спросил:

— Она сказала, что скоро прибудет тёмная комета. Что должно произойти в этот день? Почему Тиама хочет вернуться именно тогда?

Бледная до синевы рука Сина скользнула по столу, уронив бумаги. Он уставился в пол, всматриваясь в учинённый им беспорядок. Наконец он отозвался:

— Думаю, из-за меня.

— Что?

— Думаю, она хочет застать меня на пике силы, а скиданцев заставить вспомнить ужас двадцатичетырёхлетней давности. Того дня, когда родился я.

— Она собирается устроить бойню? – хмурясь, уточнил Нуска.

— Сразу после праздника нам следует вернуться в Эрьяру и усилить охрану границ, – только и ответил эрд, а затем поднялся, чтобы подобрать свои разлетевшиеся по полу документы.

Нуска чувствовал, что с ним не хотели говорить о столь важных делах, касающихся Скидана. Неприятное чувство сжигало изнутри, и потому лекарь бросился Сину под ноги, подбирая его бесполезные бумажки, чтобы затем выпрямиться и с улыбкой заглянуть в подёрнувшиеся пеленой усталости глаза.

— Син, почему вы не хотите поделиться со мной своими страхами?

— Ты хочешь знать, что я думаю на этот счёт? – усмехнулся Син. Он сощурился, а его глаза недобро блеснули.

Нуска покачал головой и вздохнул.

— Как и всегда, я не услышу ничего хорошего, так?

— Ты знаешь, что мне осталось всего несколько лет. Я говорил тебе. Это было моим эгоистичным желанием – связать наши пути на несколько десятков месяцев. Мы обменялись кровью, стали братьями по крови и…