Книга Бессонная война, страница 204 – Сэм Альфсен

— Плохой сон приснился, Син! Всё в порядке!

Отчасти это даже было правдой.

— Вчера перед сном ты спрашивал, не умру ли я. Во сне ты видел мою смерть?

Нуска распахнул глаза. С каких пор правитель стал таким проницательным? Разве его волнует хоть что-то, помимо дел общескиданских?

— Не… Нет, ничего такого, Син. Это обычный кошмар был, знаете, где…

— Зачем ты мне врёшь? Боишься напугать новостью о смерти? Но все мы и так умрём.

— Знаю, Син! Знаю! Расслабьтесь! – Нуска резво отскочил в сторону и встал на ноги. А затем быстрым шагом направился к выходу.

Однако в дверях конюшни лекарь застыл, услышав голос эрда:

— Хоть ты и не хочешь делиться своим видением, но я могу рассказать тебе то, что знаю сам. Даже если ничего не случится, мне осталось не больше пяти – семи лет. И, как мой лекарь, ты сам это чувствуешь. Поэтому, если я причиняю тебе неудобство, ты можешь отказаться от должности, чтобы не видеть своими глазами, как я медленно умираю у тебя на руках. Хаванцы живут долго. И, думаю, ты никогда не рассчитывал, что рир сможет пробыть рядом с тобой даже в течение четверти твоей жизни.

У Нуски сдали нервы. Син просто…

— H`aidgel hve! – С громким грязным ругательством Нуска развернулся и со всего размаху заехал подошедшему Сину кулаком в лицо.

Тяжело дыша, чувствуя сильную боль и дрожь в руке, Нуска некоторое время молча смотрел, как Син, спокойно принявший удар, лишь понурил голову. Его глаза были прикрыты, длинные волосы, в которых запуталась солома, стелились по плечам и падали на лицо. На белой как снег щеке с каждой секундой всё ярче и ярче расцветал след от удара.

Но Нуска, игнорируя укол вины, чувствовал сейчас лишь дикую ярость. Как год назад, когда Син вскрыл вены у него на глазах.

Тупая неконтролируемая ярость.

— Бесчувственный h`aidgel hve! Даже не пытайся, th`are, успокоить меня, th`are, речами о том, что твоя, th`are, смерть неизбежна. H`aidgel blathien, это hareh`zal^[24] не помогает, поверь мне!

Нуска громко ругался на всю придворцовую площадь. Конечно, пойдут сплетни, но лекарю было начхать.

— Я поеду с тобой в эту vevih`al поездку и буду каждую секунду следить, чтобы ты не сдох раньше положенного. Если надо, я вытащу тебя из гроба и поставлю на ноги, так и знай! H`aidgel, h`aidgel hve!

Обругав Сина, Нуска, даже не бросив на него взгляд, быстрым шагом направился в сторону дворца. Топая, как трактирщик, размахивая руками и активно жестикулируя, лекарь продолжал поносить Сина себе под нос.

Ну разве можно быть таким бревном?! Почему нельзя было сказать что-то вроде: «Нет, Нуска, я ни за что не умру, пока ты нуждаешься во мне! Я не смогу оставить свой народ и тебя!»

К чему сейчас эта больная честность, от которой ни ему, ни Нуске лучше не станет?!

Лекарь ввалился в гостевую комнату. Пнув основание кровати, он со стоном схватился за ногу. Всё-таки срывать злость на кованой мебели – это не лучшая затея.

Но Нуска ещё долго злился. Пока собирал вещи, пока со всей дури хлопал дверьми, пока спускался по лестнице, расталкивая прислугу. Всё ещё бурча под нос лесные ругательства, Нуска в ожидании остановился напротив южных ворот. Сегодня Син направляется в Сифу, а значит, и его личный лекарь едет вместе с ним.

В какой-то момент Нуска почувствовал на себе тяжёлый взгляд. Обернувшись, он увидел Миелу, который стоял в отдалении с небольшим походным мешком.