Книга Пенрик и Дездемона. Книга 2, страница 94 – Лоис МакМастер Буджолд

— А, очень хорошо.

— Такое случается, – вздохнула Зихре. – Они заявили, что потеряли его во время переправы, но лично я думаю, что его украли.

Никис не знала, было ли это дополнением к их выдумке или какая-то личная история. Которая определенно звучала правдоподобнее кораблекрушения – и намного скучнее, а значит, требовала намного меньше сопутствующих деталей.

— А ваши слуги? – спросила Пенрика Никис.

— Поступили ко мне недавно, но направляются туда же, куда и я.

— А мой брат и его?.. – Она коснулась верхней половины лица.

Пенрик дернул плечом, признавая проблему. Любое хоть немного точное описание беглецов должно упоминать шрамы от ожогов на лице Аделиса, уникальные и компрометирующие. Старая маскарадная маска, которую они переделали для него в Патосе, чтобы накладывать компрессы, не годилась; будучи слишком заметной, она лишь привлечет внимание не хуже самой раны. Взгляд Никис упал на коллекцию изящных масок, украшавших стену Зихре, и у нее начала зарождаться идея. Позже.

Пенрик – Мира – постучал – или постучала – большим пальцем по губам. Посмотрел сквозь длинные ресницы на мадам Зихре.

— Я бы хотел повторить вчерашнее лечение. Сейчас. Как вы себя чувствовали утром?

— Это место опухло и болело, как вы и сказали. – Она пожала плечами. – Ничего… невыносимого. Пора?

Он едва заметно кивнул.

— Должно соблюдаться равновесие между разрушением и исцелением. Я обеспечиваю разрушение, но ваше собственное тело должно обеспечить исцеление. В основном.

Веселое настроение внезапно стало серьезным, и Никис нахмурилась.

К ее краткому потрясению, хотя ей хватило ума его не выдать, Зихре опустилась на колени перед Пенриком и спокойно расстегнула лиф платья. Нахмурившись, Пенрик приложил два пальца к ее левой груди, к участку, который действительно казался распухшим и красным, и на его лице появилось то выражение внутренней сосредоточенности, которое Никис замечала, когда он лечил глаза Аделиса. Она прикусила губу. Разве он не должен беречь истощенные силы Дездемоны для своего собственного раненого сердца? Позже она с ним поговорит.

Дыхание Зихре прервалось, и на минуту она застыла. Наконец рука Пенрика упала.

— По-прежнему выносимо? – мягко спросил он.

Зихре кивнула и поднялась, глядя на него с тревожным изумлением, которое он столь часто вызывал у людей.

— Позже я принесу свой медицинский саквояж, проведу дренирование, и тогда мы посмотрим, – сказал он.

Она снова дернула подбородком.

— Я бы не хотел злоупотреблять вашим гостеприимством дольше необходимого, – добавил Пенрик.

Зихре отмахнулась.

— Утреннее развлечение стоило нескольких ванн и обедов, Просвещенный Юральд. Или… госпожа Мира? Мадам Мира?

— Сора Мира, если придерживаться адриакского стиля. – Он задумался. – Мне нужно поработать над своим акцентом. Ее акцентом. Мира плохо говорила на седонийском. И великолепно на дартакийском. Кстати, что с моим голосом? – И повторил повыше: – Как вам такой голос?

— Не переигрывайте, – посоветовала Зихре. – Высокая Мира может говорить хриплым голосом. Или с придыханием. Главное не басить и не кричать.

— Понял. – Он начал было вставать, затем помедлил и поднялся с более осознанным изяществом. – Что ж. Давайте проведем проверку. – Он улыбнулся Никис. – Не пора ли нам представить сору Миру вашему брату?