Книга Пенрик и Дездемона. Книга 2, страница 111 – Лоис МакМастер Буджолд

— Хватит одного выжившего, чтобы предупредить приграничную стражу и привести подкрепление. Ехать недалеко.

Аделис стиснул зубы.

— В таком случае, нужно позаботиться, чтобы никто не ушел.

Пенрик обдумал грядущий хаос. Был ли это дар его бога? Если так, он мне не нужен, Господин.

— Это оживленная дорога. Любой посторонний свидетель может скрыться и сделать то же самое. Или кучер. Не думаю, что нам удастся сохранить секрет в такой кровавой схватке. – Он пересел к Никис и тоже выглянул наружу. Всадники приблизились настолько, что за стуком копыт лошадей, звоном упряжи и скрипом экипажа можно было различить низкий крик. – Погодите.

— Что еще? – в ярости рявкнул Аделис. – Ты выжил из ума? – Его рот сжался в тонкую линию. – Или наконец решил нас предать? О чем ты беседовал с Чадро той предпоследней ночью?

— Не об этом, – напряженно ответил Пенрик. – Слушайте.

Крик превратился в слова:

— Сора Мира! Остановитесь! Пожалуйста!

— Вы не думаете, – медленно произнес Пенрик, – что если бы он разгадал мою маскировку, то кричал бы что-то вроде: «Остановись, чтобы я мог тебя убить, Юральд, проклятый сукин сын!»?

Брови Никис поднялись.

— Правда?

— …Если, конечно, он не настолько хитер. Он хитер, Аделис?

— Возможно. – Рука Аделиса стискивала рукоять меча. – Возможно.

— Потому что если он по-прежнему считает меня Мирой, думаю, я смогу с этим справиться. – Что бы это ни было. – Может, отдам ему остатки золота. – Верно, Мира? Верно?

Ответная тишина была ощутимой и демонстративной.

Пен попытался уговорить ее. Прекрасная Мира, если я недостаточно восхищался трудами ваших рук, я прошу прощения и обещаю исправить свою оплошность позже – но только если это позже наступит. А кроме того, если нас всех убьют на этой дороге, куда вы перепрыгнете? Я хочу сказать, я знаю, что вам понравился Чадро, но не в этом же смысле?

Дездемона фыркнула. Достойный восхищения человек, но его ум недостаточно быстр и пластичен. В отличие от твоего, юный Пенрик.

— Мы сможем подраться после разговора, – Никис сглотнула, – но не сможем поговорить после драки. Думаю, надо дать Пенрику попробовать.

Аделис гневно выставил челюсть, но выдавил из себя:

— Может, и так.

Пен отрывисто кивнул.

— Сиди в экипаже и не показывайся, Аделис. Эти маски могут обмануть того, кто тебя не знает, но не твоего знакомого. Если дела пойдут скверно, я попытаюсь направить к вам пару лошадей. Или перерезать упряжь, или сделать, что получится. Скачите и не оглядывайтесь.

— Не надо объяснять мне, как делать мою работу, и я не буду объяснять тебе, как делать твою, – проворчал Аделис.

Их окружили ухмыляющиеся всадники, один протянул руку к изумленному кучеру, другой – к поводьям лошадей. Требования остановиться звучали скорее весело, чем кровожадно. Под протесты, но не сопротивление кучера экипаж с грохотом встал. Подскакавший Чадро прижал взмыленную лошадь к двери, блокируя ее. Животное раздувало алые круглые ноздри. Сам Чадро выглядел ненамного лучше, но торжествовал, словно победитель в конце праздничного забега. Его уродливое лицо было мокрым от пота, грудь вздымалась и опадала.

Пен осенил себя знамением, пять раз постучал большим пальцем по губам, сделал глубокий вдох, растянул губы в улыбке и высунулся из окна.

— Дорогой Эджин! – воскликнул он, изображая изумление. – Что вы здесь делаете?