Книга Бар на окраине, страница 95 – Вера Окишева

— Вот это похмелье, - прокаркал он, щурясь и глядя на меня. – Ты как?

— Всё болит, - честно призналась я, с трудом переваливаясь на бок.

— У меня тоже, - прикрыв веки, шепнул Галиад. – Член зудит. Кристомет, зараза, что он мне влил?

— Что-то возбуждающее, - предположила я, погладив мужа по плечу. Видно было, что ему тяжелее, чем мне.

— Как зудит. Я хоть ничего от него не подцепил? У тебя как там? – побеспокоился обо мне любовь моя.

Он был такой смешной с опухшими губами, глазами-щёлками, волосы спутаны и весь покрыт царапинами. Не знала я, что способна оставлять такие следы. Стала покрывать лёгкими поцелуями покрасневшие полоски на коже, извиняясь.

Галиад приподнялся на локте, оглядывая спальню, меня, затем откинул одеяло и воззрился на свою плоть.

— Нам надо срочно к врачу, - строго приказал он мне.

Я тоже в замешательстве смотрела на раздражение, которое покрыло некогда розовую нежную кожу его мужского естества.

— Хорошо, - согласилась с ним, так как подцепить от капитана ничего не хотелось.

Мы с любимым еле-еле добрались до душа, который принёс облегчение, но не избавил от зуда в промежности. Там всё саднило, и как бы ни был осторожен Галиад, я шипела на него, чтобы не трогал.

Настроение с утра было испорчено и воспоминания о бурной брачной ночи померкли. Стоило нам выйти из спальни, как маман добавила, начав ругать нас с порога столовой. Оказывается, бедной женщине было дико за нас стыдно. Она с отцом принимала поздравления и подарки, ей пришлось извиняться перед гостями. Я уткнулась в чашку, так как мне было и стыдно, и тревожно. Мысли все были о странном покраснении у Галиада, о капитане, который, наверное, хотел таким способом отомстить, и о враче, которого нужно срочно навестить. Мой муж был со мной солидарен, поэтому свекровь ругалась в тишине. Затем она поняла, что оправдываться никто не собирается, и стала допытываться:

— Вы что, поссорились? Как можно поссориться в первую брачную ночь?

— Дорогая, - остановил её месье Тадар, – не видишь, что ли, они не выспались, а ты их пилишь.

Я благодарно улыбнулась Льюниму. Всё же он душевный человек.

— Мы отлучимся по делам. Вы подождёте нас или уже улетаете? – жёстко спросил Галиад, ставя свою чашку с кофе на блюдце. Звон, изданный при этом, нарушал правила поведения за столом.

— Мы улетаем завтра, – манерно ответила ему маман.

— Хорошо, тогда вам придётся ещё немного побыть вместо нас. Уверен, соседи тоже придут поздравить. Максимо в курсе, – любимый встал, кивнув мне.

Я поспешила за ним, пожелав приятного дня его родителям, и под гневное «Галиад!» мы с ним покинули столовую. Одевшись, молчаливо сели в машину. Любимый был очень сдержан, и я его не трогала, надо будет, сам заговорит. Я тоже была на взводе. Мы прибыли в самый раскрученный центр медицины Хориса. Нас радостно встретили девушки в форме медсестёр, затем зарегистрировали и проводили в кабинет. Врача ещё не было, и мы сели в белые кресла, осматривая плакаты со страшными картинками венерических заболеваний. Всё же есть обратная сторона свободной от правил половой жизни.

Я не смотрела на Галиада, поэтому вздрогнула, когда он неожиданно накрыл мою ладонь своей.

— Ты назвала меня хозяином! – словно только сейчас вспомнив, порывисто произнёс он.