Книга Храмовница, страница 155 – Елена Тимофеева

Вышли на обрыв над рекою. Стояли, как тогда, он впереди, она в двух шагах за его спиной. Неярко, прижмурив усталое око, светило осеннее солнце. Ветерком повеяло, освежило приятной прохладой. Внизу вода неспешно качала на ряби волн лоскуты облетевших листьев.

— Демира! — Далер смотрел в белое небо, и слова вырвались стоном, мольбой исстрадавшегося сердца прежде, чем он осознал их смысл: — Что ты сделала со мной тогда, сделай снова!

И тотчас же почувствовал мягкую силу её рук на своих плечах, а затылком — касание тёплых губ. Он стремительно обернулся, думая, что увидит её, как тогда, на расстоянии, не сделавшей движения ему навстречу, но она стояла рядом, и её ладони грели его взаправду, не магическим фокусом, не плодом его фантазии.

В следующий миг она закрыла ему рот ладонью, прося молчания этим жестом, потом притянула к себе и поцеловала, легонько, нежно. Так, с терпкой горечью, невесомо целуют, навсегда прощаясь, отсекая от себя. И он понял, а потому не сделал встречных движений, позволяя ей творить то, что считала нужным.

Но отняв губы от его губ, Демира не отстранилась, не ушла. Осталась стоять, тесно к нему прижавшись.

— Я не могу свершить то, что раньше, — неутешной печалью полнился её тихий голос, — иссяк во мне чудесный свет, Далер. Ты надеешься, что однажды я буду с тобой? Не жди, не надейся. Когда всё кончится, я останусь одна, — и, упреждая его вопрос, ответила: — Братья пойдут своей дорогой, и все в отряде тоже своей. Нас объединила боль потерь и жажда возмездия. Но когда месть свершится, человек больше не идёт её тропой. Я хочу забыть всё и начать жить заново.

— Я пойду с тобой! — горячо отозвался Далер. — Нешто дорога твоя столь узка, что мне не встать рядом?

— Каких безумств ты невольник? — простонала Демира. — Я спросила тогда и теперь повторяю! Как случилось, что встреча со мной спутала мысли твои и намеренья? Как ты сбился с пути своего и вслепую бредёшь по чужому?

— Я полюбил тебя, Демира, — спокойно и просто признался Далер.

— Кого ты полюбил? — Она подняла голову и смотрела теперь ему в глаза. — Меня? Или жрицу Солнца? Девушку, которая не побежала за тебя замуж, польстившись на сытую жизнь, красные сапожки и расшитые платья? Что я равнодушно отвергла союз с тобой, желая служить богу света, а не мужчине, не это ли подогревало твою кровь, Далер?

— Так уж и равнодушно отвергла? — Он сдвинул брови в притворной обиде, встряхнул легонько её за плечи. Как легко, оказалось, принять её близость, точно всегда так было.

— Не так уж и равнодушно, — Демира не запиралась, улыбнулась ответно. — Сказать по правде, зацепил ты меня, Далер, всколыхнул душу. Ты ведь тоже не как все оказался. Ты слушал меня, как себе равную, и моей прихоти подчинился, молиться рассвету пошёл со мной. Я думала о тебе всю неделю, до той поры, как, — она осеклась и с трудом закончила, — пришли солдаты.

— Надумала чего? — живо спросил он, отвлекая, не давая страшным воспоминаниям схватить её в когти.

— Надумала, Далер, — честно созналась Демира, — с пути заведомого сходить не чаяла. Лучше бы не приезжал ты, не мутил мне голову. Но я хотела тебя увидеть ещё раз. Понимала, встреча с тобой грозит ненужными мыслями, а всё равно хотела. Думала, справлюсь, ведь крепка моя вера, десять лет я провела в храме Солнца и вскоре навсегда вернусь в него... А прежде, чем уйти к богу, хотелось мне тебя ещё увидеть...