Книга Сосланная жена дракона. Родильный дом на краю Империи, страница 90 – Николетта Фэй

Я провожу пальцем по неровным линиям. В столице каждому из них назначили бы место в семейном склепе и длинную надпись о происхождении. Здесь их имена помещаются на моей ладони, и впервые этого хватает.

За моей спиной кто-то всхлипывает. Я не оборачиваюсь. Брина первой бросает горсть земли, затем Рина, Альма, Селеста. Эда спрашивает Ивена, хочет ли он подойти. Мальчик качает головой и остаётся у стены сада; мать не тянет его за руку.

Аларик ждёт, пока пройдут все. Рейн подходит к нему и что-то спрашивает вполголоса. Муж смотрит на меня, ожидая разрешения. Я киваю.

Он идёт медленно. Рана ещё мешает наклоняться, поэтому Аларик опускается на одно колено возле каждой могилы. Кладёт по горсти земли и называет имена:

— Риан.

На второй могиле голос срывается. Он ждёт, пока сможет продолжить.

— Майра.

Возле третьей задерживается дольше.

— Элиан.

Аларик поднимается с помощью Рейна и возвращается за людей. На мгновение задерживается, губы шевелятся, но он оставляет несказанное при себе.

После прощания люди расходятся не сразу. Женщины приносят к яблоням тёплую воду для рук, дети собирают упавшие веточки. Ивен подходит к третьей могиле, кладёт рядом новую деревянную птицу и убегает обратно к Эде, прежде чем кто-то успевает поблагодарить.

Я остаюсь у трёх свежих холмиков. Аларик ждёт возле калитки. Между нами больше нет толпы, и я понимаю: стоит назвать его имя — он вернётся.

Он вернётся хотя бы на один разговор, возможно, останется ещё на несколько дней, до снятия швов. Я могу спросить, куда именно он едет, попросить писать мне самому, оставить возможность, которой он не потребовал.

Аларик поправляет ремень дорожной сумки. Движение выходит неловким из-за раны, и Рейн хочет помочь. Муж качает головой, переставляет сумку на другое плечо и справляется сам.

Он смотрит на меня и ждёт. Я вижу это, но не зову.

Сначала мне нужно проснуться в доме, где никто не решает за меня. Пройти по комнатам, услышать детей, подписать собственным именем распоряжение о воде и понять, какой становится моя жизнь, когда она не строится вокруг ожидания мужа — вернётся ли он с войны, поверит ли мне, выберет ли меня на этот раз.

Аларик склоняет голову, прощается со мной так же, как с остальными, и выходит из сада. Я остаюсь возле яблонь.

Ночью долго не сплю. За стеной один из младенцев просыпается на кормление, по коридору проходят тихие шаги Рины. Дом живёт, и от этого тишина в моей комнате не кажется пустой.

Утром Брина приносит журнал, чашку настоя и дорожный конверт. Ставит всё на стол, но конверт не отдаёт.

— Он уехал до рассвета, — говорит она. — Рейн хотел вас разбудить. Аларик не позволил.

Я смотрю на запечатанную бумагу.

— Что там?

Брина поворачивает конверт печатью ко мне, но всё ещё не отпускает.

— Отчёт о западной дороге, список повреждённых колодцев и адрес поста. Ни одного вопроса.

За окном на снегу ещё видны колеи от повозки.

Аларик покинул Серый Предел.

Глава 37. Полгода без него

Тот конверт я открываю вечером, когда стихает дневная смена. Внутри лежат схема западной дороги, список повреждённых колодцев и отчёт о людях, вернувшихся в покинутые деревни. Аларик подписался одним именем и ничего не попросил взамен.

Через полгода конверт хранится под договорами на лён и новыми журналами родов. Я не перечитываю его. Когда пальцы натыкаются на плотный край бумаги, закрываю ящик и возвращаюсь к сегодняшнему дню.