Книга Сосланная жена дракона. Родильный дом на краю Империи, страница 83 – Николетта Фэй

Маленький огонь начинает угасать не сразу. Он отступает медленно, будто ребёнок уходит глубже, туда, где я не могу до него дотянуться. Я зову Альму, но голос не слушается. Последнее движение приходится прямо под мою ладонь.

Я отнимаю руку от кристалла и обнаруживаю, что пальцы Аларика лежат на каменном полу рядом, не касаясь меня. Он успел податься вперёд, когда я перестала дышать ровно, но остановился.

— Мирель? — зовёт он негромко. В этом единственном слове уже поднимается вопрос, который он обещал не задавать.

Я втягиваю воздух и возвращаюсь к кольцу. За окном твари снова ударяют в щит. Элиан остаётся внутри холодной оправы, пока мы бережём собственные минуты.

— Его звали Элиан, — говорю я, хотя имя уже звучало в хранилище и на площади. Сейчас произношу его для сына, а не для документов. — Он любил, когда Альма расчёсывала мне волосы. И толкался, если я ложилась на левый бок.

Аларик закрывает рот ладонью. Несколько секунд смотрит на кристалл, затем опускает руку.

— Я слышу, — отвечает он. Больше ничего не добавляет.

Севран предупреждает, что следующего удара матрица может не выдержать. Я беру кристалл обеими руками. Маг ослабляет центральный канал, золотая линия над ним становится тоньше, и щит за окном начинает мерцать чаще.

Один из крепостных гонгов бьёт тревогу. Рейн передаёт, что доноры готовы. Его голос доносится через трубу вместе с рёвом ветра и ударами когтей по внешней стене.

— На счёт три, — говорит Севран. — Я отделяю корень. Вы вынимаете камень вверх, не к себе. Если он зацепится, не тяните.

Я меняю хват. Аларик поднимается на колено возле края круга, но остаётся там, где я позволила. Он не касается ни меня, ни кристалла.

Севран считает. На «два» свет в зале проваливается, и по стенам проходит тяжёлый гул. На «три» центральный канал отпускает М-3.

Кристалл оказывается у меня в руках.

Золотые линии по всему залу гаснут одновременно. За смотровым окном исчезает последняя дуга щита, и холодный ветер ударяет в крепость так сильно, что лампы ложатся пламенем к стенам.

На склонах существа перестают ждать.

Они переходят границу.

Глава 34. Пусть платят сильные

Первая пепельная гончая пересекает место, где секунду назад стоял щит. За ней на склон выходят ещё три. В крепости звонят все гонги, солдаты на стенах поднимают огненные заслоны, но ветер рвёт их на отдельные вспышки.

У меня в руках остаётся тёплый кристалл. Без каналов он выглядит меньше, почти прозрачным. Серые прожилки внутри больше не тянутся к стенам. Я заворачиваю М-3 в чистую ткань и ставлю металлическую чашу подальше от принимающего кольца.

— Открывайте донорские линии! — требует Рейн через трубу.

Севран поворачивает центральный рычаг. Пустая матрица сжимается вокруг места, где находился кристалл; золотые дорожки гаснут от центра к краям. Во дворе взрослые драконы называют объём силы, но кольца не отвечают. Первый поток ударяется о внешнюю оправу и рассыпается искрами.

— Она потеряла форму, — говорит Севран, ощупывая руны. — Если сердце схлопнется, собирать его придётся несколько дней.

За стеной командуют отступить ко второй линии. Существа уже на мосту.

Аларик подходит к пустому гнезду и прижимает ладонь к груди. Под тканью нет ядра, но по краю старой связи проходит слабое золотое мерцание. Одна из погасших дорожек отвечает ему.