Книга Отвергнутая жена. Ведьмина аптека на Драконьей улице, страница 79 – Виолетта Вейл

— Не случайность, — сказал начальник.

— Я уже поняла.

Возле точки, где разбился сосуд, лежал небольшой металлический предмет.

Я подняла его щипцами.

Серебряная печать размером с ноготь.

На лицевой стороне — знак Королевской лечебной коллегии.

На обратной — служебный номер.

Леона сравнила его с копией жетона, найденного в плаще человека, следившего за нами.

Номер отличался.

— Кому принадлежит? — спросил Северин.

— Установим по реестру, — ответила она.

Я положила печать в чистую коробку.

На ее краю остался свежий красный воск.

Кто-то потерял ее сегодня, когда поджигал мой погреб.

Или оставил намеренно, рассчитывая направить нас к определенному человеку.

Глава 10 Улица, которая выбрала меня

Через два дня после пожара в аптеке снова пахло травами.

Дым все еще держался в погребе и въелся в лестницу, но в торговом зале его перебивали свежая мята, уксус и полынь. Тея развесила растения вдоль дальней стены, чтобы просушить после сырости. Господин Торн заменил поврежденную вентиляционную решетку металлической пластиной, которую теперь нельзя было разбить с улицы. Булочница Ора принесла два мешка песка для нового пожарного ящика и потребовала поставить один возле кухни, а второй в лаборатории.

Никто не спросил, можем ли мы за это заплатить.

Поэтому я записывала каждую работу, каждую доску, каждый моток проволоки и каждую принесенную корзину. После открытия аптеки все должно было быть оплачено деньгами, лекарствами или согласованной услугой.

Тея называла мой список попыткой превратить благодарность в счет.

Я считала его способом не привыкнуть жить за чужой счет.

Северин провел ночь после пожара в приемной и уехал только утром, когда я убедилась, что естественная защитная чешуя не вызвала нового приступа. Он не спорил с назначениями, не использовал огонь и прислал отчет о состоянии в назначенное время.

Вместе с отчетом пришел список служебных номеров Королевской лечебной коллегии.

Печать, найденная в погребе, принадлежала младшему лекарю по имени Рил Даст. По документам он находился в командировке на северной границе и не мог поджечь аптеку лично.

Это не оправдывало его.

Служебную печать могли передать, украсть или намеренно оставить на месте пожара. Следствие направило запрос в пограничный госпиталь. Ответа пока не было.

О Вара Дорене тоже ничего не нашли.

Он исчез три месяца назад, но его жетон оставался действующим. Кто-то использовал документы бывшего служащего коллегии, следил за нами в районе красильщиков и пытался уничтожить записи Беатрисы.

Связь становилась заметнее.

Доказательств все еще не хватало.

В то утро я сидела в лаборатории и переписывала результаты собственного обследования в медицинский журнал. Эдита Норн запретила мне глубокое разделение на несколько дней, поэтому я занималась только безопасными реакциями и документацией.

Тея вошла без стука.

— На улице опять очередь.

— За чем?

— За всем.

— Очень точный ответ.

— Господин Торн принес плесень из подвала. Госпожа Ора хочет забрать мешочки для муки. Еще пришли две женщины с банками старой мази, мальчик с больным голубем и мужчина, который утверждает, что его сапоги прокляты.

— Голубей я не лечу.

— Я сказала.

— А сапоги?

— Пахнут так, что проклятие возможно.