Книга Отвергнутая жена. Ведьмина аптека на Драконьей улице, страница 65 – Виолетта Вейл

— Если книги сохранились.

Я встала.

— Мы поедем к нему сегодня.

Леона посмотрела на меня.

— Сначала получим официальный адрес через налоговую палату.

— Это займет несколько дней.

— Тогда поедем с городским стражником и свидетелем. После двух нападений ты никуда не ходишь одна.

— Я и не собиралась.

Тея подняла голову от банок.

— Я пойду.

— Нет.

— Я знаю, как выглядит Орт. Он приезжал в аптеку с поставками.

Лорс кивнул.

— Девушка права. Он бывал здесь.

— Когда последний раз? — спросила я.

Тея задумалась.

— За месяц до пожара. Спорил с Беатрисой из-за одного ящика. Она отказалась расписываться, потому что номер партии не совпадал со счетом.

— Какой номер?

— Не помню.

— Почему раньше не сказала?

— Вы не спрашивали про поставщиков. Я думала, это обычный спор.

— Что сделал Орт?

— Увез ящик обратно. Потом через неделю приехал другой служащий и привез замену.

— Из коллегии?

— На плаще был их знак.

Лорс побледнел еще сильнее.

— Мы не отправляли служащих коллегии к отдельным аптекам.

— Значит, он приехал напрямую, — сказала Леона.

Я посмотрела на Тею.

— Ты сможешь узнать Орта?

— Да.

— Тогда пойдешь. Но только вместе со мной, Леоной и городским стражником.

— А аптека?

— Финн посидит у входа. Никаких продаж и приема лекарств. Только запишет имена тех, кто придет.

— Он будет счастлив.

— Именно это меня беспокоит.

Лорс ушел после того, как подписал запись разговора. Леона взяла с него согласие на официальное использование показаний и пообещала не упоминать его имя до регистрации дела в следственной палате.

Перед выходом он остановился.

— Госпожа Морвейн.

— Да?

— Я не знал, что в ящиках что-то опасное.

— Верю.

— Беатриса говорила, что основа неправильная. Я решил, ей просто не нравится новый поставщик.

— Она объясняла почему?

— Сказала, препарат слишком чистый.

— Слишком чистый?

— Я тоже не понял. Она сказала: природная основа не бывает такой ровной.

После его ухода я вернулась в лабораторию.

Фраза не давала покоя.

Минеральные основы для зелий получали из камня, солей, золы или кристаллов. Даже после очистки в них оставались небольшие различия. Место добычи, температура, вода и способ обработки создавали естественные отклонения.

Если серый пепел во всех лекарствах был одинаковым, его не просто очищали.

Его создавали по точной формуле.

— Вы будете анализировать сейчас? — спросила Тея.

— Только один образец.

— Какой?

— Белый флакон из моих лекарств.

Она замерла.

— Почему не настой Финна?

— В нем много растений и дешевых добавок. Они усложнят разделение. Мой препарат изготовлен для магического источника, его основа чище.

— А флакон Селин?

— Оставим нетронутым как контрольный образец.

— Северина?

— Темный препарат проверим после белого. Там другая формула.

Я оформила журнал работы, указала номер флакона, дату получения и состояние печати. Тея расписалась как свидетель.

Мы не открывали флакон сразу.

Сначала я проверила стекло на внешнюю магию. Затем сняла слепок печати, взвесила сосуд и записала количество жидкости. Только после этого осторожно разрезала серебряную ленту.

Знакомый запах вышел из горлышка.

Горечь, металл, слабая сладость.

Я чувствовала его два года и ни разу не пыталась разложить на части.

— Вы уверены, что готовы? — спросила Тея.

— Для обычного анализа дар почти не понадобится.