Книга Отвергнутая жена. Ведьмина аптека на Драконьей улице, страница 107 – Виолетта Вейл

За ширмой послышались быстрые шаги.

Тея заглянула внутрь.

— Мирелла, у Финна снова поднялась температура. Не сильно, но он жалуется на боль в груди.

Я сразу встала.

— Дыхание?

— Ровное.

— Серые линии?

— Пока нет.

Я повернулась к Селин.

— Вам нужно остаться под наблюдением.

— Я не могу.

— После такой раны и срыва превращения можете.

— Если не вернусь до темноты, отец начнет искать.

— Пусть ищет.

— Он придет сюда.

— Это лечебный пункт. Без вашего согласия информацию не получит.

Селин посмотрела на Леону.

— Она права?

— По закону — да. На практике лорд Верт попытается использовать влияние. Поэтому нужно сейчас оформить отдельное заявление о добровольном обращении и запрете передачи сведений семье.

— Подготовьте.

Решение далось ей не легко.

Я видела это по тому, как она сжала пальцы на краю кушетки.

Но она произнесла слова сама.

Никто не потребовал.

Не приказал.

Леона начала писать заявление.

Я оставила Селин с Теей и вернулась к Финну.

Боль в груди оказалась мышечной. Мальчик несколько часов лежал неправильно, поджав руку. Дыхание оставалось свободным, источник не ухудшился.

— Я говорил, что не надо лежать весь день, — заявил он.

— Это не значит, что нужно бегать.

— А что тогда?

— Иногда менять положение и слушать Марту.

— Невыполнимое назначение.

Марта шлепнула его полотенцем по ноге.

В первом зале стало шумнее. Кто-то принес еще ужин, двое пациентов спорили о том, чей флакон лежит в общем ящике. Снаружи дежурили городские стражники.

Жизнь продолжалась так, словно в соседней комнате дочь драконьего дома только что решила выступить против собственного отца и главы Королевской лечебной коллегии.

Я проверила остальных пациентов, записала температуру Финна и вернулась к Селин.

Она уже подписала заявление.

Леона поставила свидетельскую печать.

— Завтра утром Эдита проведет независимое обследование, — сказала я. — До этого отдыхаете, пьете воду, ничего не принимаете и не пытаетесь превратиться.

— А документы?

— Оригинал белого флакона остается у вас или передаете мне по акту.

— Передаю.

— Письмо и копию анализа тоже?

Селин задержала ладонь на папке.

— Копии остаются у вас. Еще одну Леона положит в банковское хранилище. Я сохраню свои.

— Хорошо.

— Но выступлю только после обследования и проверки зеркального листа.

— Разумно.

— И не одна.

— Что имеете в виду?

— На трибунале должны быть вы, Леона, Эдита и Северин.

— Почему Северин?

— Потому что Аврелия подделала ваш результат ради его решения. Если он снова промолчит перед своей семьей, мои слова ничего не изменят.

Я понимала.

Это было не желание поставить Северина между двумя женщинами.

Селин требовала, чтобы глава дома Аркхарт публично ответил за документы собственного рода.

— Я сообщу ему, — сказала я. — Но решение выступить он примет сам.

— Если откажется?

— Тогда это тоже будет ответ.

Селин опустилась на подушку.

Усталость наконец победила выученную осанку. Она выглядела не будущей герцогиней и не дочерью влиятельного дома.

Просто молодой женщиной с раной на боку, испорченным источником и слишком большим количеством чужих ожиданий.

Я укрыла ее одеялом.

— Мирелла.

— Да?

— Если все закончится и помолвку отменят… вы будете считать, что я помогла вам ради Северина?

— Нет.

— Почему?

— Потому что сегодня вы принесли доказательства не жене и не сопернице. Вы принесли их аптекарю, который может установить причину вашей болезни.