Книга Отвергнутая жена. Ведьмина аптека на Драконьей улице, страница 104 – Виолетта Вейл

— Здесь сказано, что Мирелла Морвейн пыталась убедить вас отказаться от лечения ради срыва помолвки.

— Именно.

— Вы подписали?

— Нет.

— Почему?

Селин посмотрела на меня.

— Потому что вы ни разу не просили отказаться от брака.

— Я просила остановить подозрительный препарат.

— И не сказала Северину о моем состоянии, хотя он находился рядом.

— Это ваша медицинская тайна.

— В моем мире тайны женщины принадлежат главе семьи.

— Значит, пора менять мир.

Она едва заметно усмехнулась.

— Вы говорите так, будто это просто.

— Нет. Я говорю так, потому что иначе ничего не изменится.

Леона положила заявление на стол.

— Этот документ важен. Если Кассиан пытался заставить вас дать ложные показания до трибунала, комиссия обязана узнать.

— Я знаю.

— Вы готовы подтвердить?

— Не сейчас.

— Почему?

Селин снова закрыла папку, будто хотела спрятать оставшиеся бумаги.

— Потому что если выступлю одна, отец объявит меня больной и неспособной понимать последствия. Кассиан подтвердит. Совет получит законное основание лишить меня права распоряжаться собственными медицинскими документами.

Леона нахмурилась.

— У драконьих домов действительно есть такая процедура при нестабильности источника.

— Особенно удобная, если нестабильность вызвал их лекарь, — сказала я.

Селин кивнула.

— Мне нужны доказательства, которые нельзя назвать женской истерикой.

Это выражение явно принадлежало не ей.

Я слышала подобное от Аврелии, когда одна из молодых жен отказалась проходить повторное обследование.

— Что еще в папке? — спросила я.

Селин вынула плотный лист с печатью дома Аркхарт.

На нем были две таблицы.

Первая — результат совместимости Миреллы Морвейн и Северина Аркхарта.

Вторая — результат совместимости Селин Верт и Северина Аркхарта.

Я взяла документ.

Цифры по моей строке отличались от официального заключения.

Не резко.

Достаточно, чтобы изменить вывод.

Вместо «полной магической несовместимости» исходные показатели показывали среднюю совместимость с возможностью постепенной настройки брачного контура. Риск для наследника был обычным для союза ведьмы и дракона, но не критическим.

Отдельного вывода о бесплодии вообще не было.

— Где вы это взяли?

— В архиве отца.

— Почему у дома Верт есть копия моего анализа?

— Ее приложили к переговорам как доказательство необходимости нового союза.

Я почувствовала, как пальцы сильнее сжали край листа.

Мои медицинские данные передали другой семье, чтобы объяснить, почему их дочь должна занять мое место.

Без моего согласия.

До расторжения брака.

— Это заверенная копия? — спросила Леона.

— Да. Архивная печать дома Аркхарт настоящая.

— Здесь нет имени человека, изменившего вывод.

— Есть на обороте.

Я перевернула лист.

Короткая служебная отметка:

«Итоговую формулировку привести в соответствие с решением главы семейного совета. По поручению госпожи Аврелии Аркхарт».

Подпись принадлежала управляющему медицинскими делами дома.

Дата стояла за девять дней до заседания Совета.

Аврелия приказала изменить результат раньше, чем Северин, по его словам, увидел прошение.

— Северин знает? — спросила я.

— Не думаю, — ответила Селин. — В его копии была только итоговая страница.

— Откуда вам известно?

— Отец показывал документы перед подписанием предварительного соглашения. Он гордился тем, что дом Верт получил доступ к материалам раньше самого герцога.