Книга Развод с Альфой. Трое волчат, которых ты бросил, страница 10 – Ангелина Сантос

На руках я держала Лею. Мавена несла Марка. Леон лежал в переносной корзине, укутанный так тщательно, будто нас ждал не экипаж, а поход через ледяные горы.

Во дворе собрались слуги.

Некоторые кланялись.

Я шла мимо них и старалась не смотреть на окна второго этажа.

Не получилось.

Окно кабинета Кайрана было закрыто.

За стеклом никого.

Я сама не знала, чего ожидала.

Что он выйдет?

Остановит?

Скажет, что передумал?

Наверное, какая-то часть меня все еще ждала этого до последнего.

Мавена передала мне Марка.

— Пиши.

— Обязательно.

Она обняла меня осторожно, чтобы не задеть детей.

— Если станет плохо, остановитесь. Не пытайся доказать кому-то, что ты сильнее собственного тела.

— Постараюсь.

— Не постарайся. Сделай.

Я улыбнулась.

— Хорошо.

Оскар стоял у дверцы экипажа.

— Все готово.

Я кивнула.

И тогда из главного входа вышел Кайран.

Весь двор будто затих.

Я ненавидела себя за то, что сразу его почувствовала.

Истинная связь, которую вчера я хотела вырвать из себя вместе с браслетом, отозвалась тупой тяжестью под ребрами.

Кайран шел без плаща.

Наверное, вышел только на несколько минут.

Он остановился в трех шагах.

Взгляд сразу упал на детей.

На Леона.

На Марка.

На Лею у меня на руках.

— Могу поговорить с тобой?

— Говори.

Он посмотрел на людей вокруг.

— Наедине.

— Нет.

Его лицо дернулось.

— Алира.

— Я не хочу оставаться с тобой наедине.

Несколько слуг опустили глаза.

Мне было все равно.

Кайран замолчал, потом протянул небольшой кожаный мешок.

— Возьми.

— Что это?

— Деньги.

— Нет.

— Тебе нужны средства.

— Я справлюсь.

— Не делай из детей доказательство своей независимости.

Я так резко посмотрела на него, что Оскар тихо выругался рядом.

— Повтори.

Кайран понял ошибку сразу.

— Я не это...

— Я шесть дней думаю, где мы будем жить, чем кормить троих детей и что продать первым. А ты сейчас обвиняешь меня в том, что я использую их ради гордости?

— Я не обвиняю.

— Тогда убери деньги.

Он не убрал руку.

— Они для детей.

— Ты отказался от них.

— Я не отказывался от обязанности обеспечивать их.

— Какая удобная форма отцовства. Они будут жить где-то далеко, зато ты пришлешь монеты.

Кайран стал еще бледнее.

— Ты хочешь, чтобы я вообще ничего не делал?

— Шесть дней назад я хотела, чтобы ты сделал одну вещь.

— Я знаю.

— Теперь поздно.

Он опустил руку.

Я шагнула к экипажу.

— Алира.

Остановилась.

— Что?

Кайран смотрел на Лею.

— Дай мне хотя бы попрощаться.

Мне хотелось отказать.

Очень.

Но Лея была не вещью, которую я могла использовать, чтобы причинить ему боль.

Поэтому я подошла ближе.

— Не буди ее.

Кайран впервые взял дочь на руки.

Я видела, как напряжены его плечи.

Лея завозилась, ткнулась носом в его рубашку и снова уснула.

Он смотрел на нее долго.

Так долго, что мне пришлось отвернуться.

Потом поцеловал ее в лоб.

Вернул мне.

— Леона и Марка тоже...

— Они спят.

Он понял.

Это было не разрешение.

Кайран сделал шаг назад.

— Я узнаю, когда вы доберетесь.

— Не надо.

— Алира...

— Если хочешь знать, живы ли дети, спросишь Оскара. Больше ничего.

— И это все?

Я посмотрела на него.

— А что ты ожидал?

Ответа не было.

Я села в экипаж.

Оскар закрыл дверцу.

Когда колеса тронулись, я не смотрела назад первые несколько секунд.

Потом все-таки посмотрела.

Кайран стоял посреди двора.

Один.