Книга Ветер с Северного моря, страница 108 – Анна Морион

Мидскуг-Манор ожидал своих гостей, полный света и элегантности: вдоль поездной аллеи стояли фонари на кованых столбах, а затем гостей встретят у крыльца новые фонари – их будут держать в руках слуги. Свечи и газовые лампы будут ярко освещать первый этаж и звать в свои объятия в этот холодный октябрьский вечер. У входа в дом были расставлены кадки с ветвями ели, а ворота и перила были украшены венками из тиса и связками самшита. На крыльце дома красовалась бордовая драпировка, а на ней был прикреплен темно-зеленый щит: на нем красовался серебряный золотой якорь, а над ним – корабельный топор. Под щитом была пришита лента с девизом рода Нордстрандов: «Stå fast» (Стоять крепко – перевод с норвежского. Прим. Автора). Сам дом был тщательно подготовлен к балу и присутствию многих гостей: почти вся мебель из большого зала была унесена (остались лишь диваны и кресла, отодвинутые к стенам), полы натерты до блеска, а десятки свечей в канделябрах, настенные бра и люстры только и ждали, когда их зажгут. Столы были украшены хвойными ветвями и камелиями, которые Хелен специально заказала из-за моря. Музыканты (небольшой ансамбль) будет размещен у одной из стен зала… Осталось только облачиться в свой лучший наряд – не кричащий, скромный, но праздничный, и ждать момента, когда начнут пребывать гости. Она будет стоять рядом с супругом на крыльце и улыбаться каждому, находить для всех комплименты и похвалы…

Отвернувшись от окна, Хелен с любовью взглянула на лежащее на застеленной кровати платье – дорогое, но не вызывающее бархатное, глубокого изумрудного цвета (который она теперь любила). Платье было сшито, чтобы подчеркивать фигуру хозяйки, но при этом не вызывать внимания к декольте, представляя собой буржуазную добродетельность. Хелен наденет это платье, украсит шею тонкой золотой цепочкой, наденет белые перчатки, бальные туфли, ее волосы будут убраны вверх, оставив локоны у висков… И она будет блистать. Она будет стоять рядом со своим мужем-буржуа и… И думать о том, как грустит в своих покоях ее мать, но, если это было ее выбором, пусть так и будет! Хелен твердо решила, что этот прием она не пропустит, чтобы ни говорила и какой грустной не была бы ее мать. Хелен – хозяйка этого дома, и она должна быть с гостями, вместе со своим мужем.

Миссис Нордстранд пребывала в приятном волнении и радости этому дню и событию, но сперва ей нужно было пройти неприятную, но крайне важную процедуру – осмотр доктора Хишельмана.

К удивлению Хелен, осмотр прошел весьма быстро: задав пациентке несколько вопросов и получив на них точные ответы, доктор Хишельман слегка нажал пальцами на низ живота Хелен, а затем отстранился и решительно заявил:

— Вы не беременны, мадам.

Хелен словно ударили в грудь.

— Нет? – переспросила она, удивленно сложив брови. – Но у меня есть признаки! Меня тошнит всю эту неделю…

— Тошнота, мадам, не всегда является признаком беременности, но ответом на сильное моральное расстройство, на неприятные события и темные воспоминания, – деловито сказал доктор, беря в руки свой чемоданчик с медицинскими инструментами.

— Но я…

— Миссис Нордстранд, поверьте мне, старому доктору: вы не беременны, и ваша тошнота является признаком расстройства от чего-то другого. Вы сами сказали, что в последний раз кровь у вас шла не так давно, даже меньше месяца назад, а зачатие, мадам, так быстро не происходит. Кажется, у вас гостит ваша мать? Разве она не рассказывала вам об этом?