Книга Смерть в бриллиантах, страница 80 – Си Джей Беннет

Королева обычно следовала советам премьер-министра, но на сей раз он помог бы больше, указав на конкретную нацию или личность, которых следовало опасаться. Тем не менее она нашла его слова утешительными, по крайней мере, для Содружества. Десять лет назад темные дни войны уступили место головокружительному оптимизму мира. Возможно, это воодушевление снова вернется, хотя верилось в это с трудом.

— Мне кажется, сэр, – сказал детектив-сержант Вулгар, – что кому-то надо отправиться в Монако. Разговорить людей. Выяснить, чем именно занимался там Родригес. Что покупал или продавал. С кем общался.

С тех пор как из Буэнос-Айреса поступила новая информация, в полицейском участке Челси не говорили почти ни о чем, кроме передвижения зловещего Родригеса по берегам Средиземного и Аравийского морей.

— И этим “кем-то” были бы вы, сержант? – спросил Дарбишир, сохраняя на лице серьезное выражение.

— Не вижу причин, почему бы и нет, сэр, – твердо заявил Вулгар.

Он выглядел загорелым и подтянутым – более подтянутым, чем обычно – после нескольких дней на реке. Вулгар часто отсутствовал в мае по уважительной причине: восьмерка гребцов Атлетического клуба столичной полиции только что заняла второе место в какой-то регате. Они легко обошли австралийцев и были настигнуты на финише – или “проиграли на корпус”, что бы это ни значило – команде Гарвардского университета. Молодой сержант был собой доволен. И надеялся за казенный счет съездить в Монте-Карло.

— И по-французски вы говорите? – спросил Дарбишир.

— Учил в школе. Кроме того, там все говорят по-английски, не так ли, сэр? Я ведь знаю это дело вдоль и поперек. Я мог бы задать правильные вопросы.

— Вы случайно не представляете себя сейчас во фраке? – поинтересовался Дарбишир. – С пистолетом в кармане? С грудой фишек и увядающей красавицей за игорным столом? Вы часом не Джеймс Бонд?

— Кто, сэр?

— Шпион. Играет во французских казино. И почему бы вам не отправиться заодно в Танжер, раз уж взялись? Родригес там тоже бывал.

— Нет, сэр. Ответ точно в Монако. В гарвардской лодке был один парень…

— О господи! Только не эта чертова гарвардская лодка.

— …Мы потом вместе выпивали, – настаивал Вулгар. – После третьей или четвертой пинты он разоткровенничался. Вспомнил об убийствах в Челси…

Дарбишир застонал:

— Только не говорите мне, что его обсуждают в Нью-Йорке!

— В Бостоне, сэр. И да, обсуждают. Все газеты напечатали про девицу в тиаре. Бриллианты всегда попадают в газеты. Так же, как и…

— Я не хочу выслушивать теории бостонского газетного репортера!

Вулгар выглядел слегка оскорбленным:

— Он не газетный репортер. Он загребной.

— Мне все равно, с какой стороны он гребет! – Дарбишир понял, что его раздражение новыми знакомствами Вулгара вызвано отсутствием прогресса в расследовании после неожиданного тупика с Билли Хиллом. – Извините. Продолжайте.

— Его зовут О'Доннелл, и его отец владеет судостроительной компанией, – объяснил Вулгар. – Они много путешествуют. Фешенебельные места. Его отец рассказывал, что прошлым летом столкнулся с лордом Сеймуром на курорте в Швейцарии. Он ездит туда каждый год на лечение, сэр. Он там познакомился со своей женой…

— И?

— Лорд Сеймур рассказывал направо и налево, что недавно выиграл миллион франков в блэкджек в казино Монте-Карло. Так вот, О'Доннелл (отец, но сын согласен) думает, что, возможно, по возвращении в Лондон Сеймур хотел заново пережить свой триумф. Он нанимает девушку, похожую на Грейс Келли, теперь княгиню Грейс. Он дарит ей тиару – не может быть, чтобы ее украли из его сейфа. Он, а не Родригес, был клиентом, но у него есть какой-то рычаг воздействия на агентство, и он принуждает их сказать нам, что девушку заказал Родригес под именем Переса. Берил Уайт поддержала эту ложь. Ну то есть, очевидно же, что она нам врала, сэр.