Книга Ночь у вдовы-пересмешницы, страница 101 – Джон Диксон Карр

Стелла взглянула на него как-то странно.

— Боже! – воскликнула она. – Уж не хотите ли вы сказать, что вас двое?

— Не понимаю, о чем вы! – пожал плечами Г. М.

— Два сэра Генри Мерривейла, один из которых миниатюрная женщина?

Эмоции Стеллы явно вышли из-под контроля. Старый пройдоха ее настолько обнадежил, что ей уже стало казаться, будто совладать с черными дьяволами, которые бушевали в ее голове, так же просто, как с комичными фигурками чертей из папиросной бумаги.

— А знаете, – добавила Стелла, – когда вы здесь появились, я вас испугалась. – С этими словами она кинулась к нему на шею и зарыдала у него на плече.

— О, бога ради! – пробормотал исполин и с видом мученика развел руки в стороны.

Хотя он сам еще несколько минут назад призывал Пам выплакаться, поскольку чувствовал родство с детскими душами, в случае Стеллы эти нежности зашли, пожалуй, слишком далеко. Она буквально обвивала его шею руками, и Г. М. осознавал всю неоднозначность этой сцены.

И не он один это осознавал. Как уже говорилось, в Стоук-Друиде дверей никто не запирал. Найдя входную дверь открытой, Гордон Уэст прошел через коридор и остановился на пороге гостиной как вкопанный.

— Э-э-э… простите, – пробормотал он и поспешил ретироваться.

— Погодите секунду, черт вас возьми! – взревел Г. М. и, аккуратно усадив ошеломленную Стеллу на софу, бросился вслед за Уэстом.

Сумерки встретили его прохладой. Уэст, сунув руки в карманы, стоял под козырьком крыльца и глядел ему в лицо.

— Скажите, престарелый ловелас, – спросил Уэст с неподдельным интересом, – сколько женщин вам нужно? Еще пару дней – и у вас будет такая же дурная репутация, как у викария. И берегитесь, если о ваших подвигах прознает Вётью Конклин!

— Меня абсолютно не в чем упрекнуть, – заявил Г. М., ослабляя воротничок. – Я самый несчастный, самый непонятый… помощник рода человеческого, который когда-либо пытался творить добрые дела! Уверяю вас, я пришел в этот дом лишь для того, чтобы утешить маленькую девочку в комнате наверху.

— Если меня не обмануло зрение, – промолвил Уэст, – вы утешали большую девочку в гостиной внизу.

— Послушайте, – Г. М. заговорил на полтона ниже, – вы ведь ничего не расскажете Вётью?

— Нет, мэтр. По мне, так хоть гарем держите. Но вы не забыли о наших намерениях? И обо всех ваших указаниях, что мне следовало выполнить в срочном порядке?

Откровенно говоря, Г. М. действительно об этом забыл. Однако он тут же перешел в нападение, вытащив из кармана часы и взглянув на циферблат.

— Судя по всему, я провел здесь почти четыре часа, – сказал он. – Полагаю, остальные тоже это заметили. Но сейчас всего десять. Ну да ладно. А вы чем занимались все это время? Били баклуши?

Уэст втянул в себя воздух.

— Какие еще баклуши? – возмутился он.

— Так где же этот револьвер тридцать восьмого калибра?

— Он пропал, – бесстрастно сообщил Уэст. – Когда я прибежал домой, его уже не было. Я сегодня не работал, так что его могли стянуть в любое время.

— А Фред Корди где? Я велел вам найти его и не спускать с него глаз!

— Мне не удалось его найти! – огрызнулся Уэст. – Вот уж кто, по вашему выражению, бьет баклуши, так это Корди, – с горечью добавил он. – Дома его не было – он живет в самом конце Хай-стрит. И ни в одном из пабов его не было. И ни в одном из тех мест, где он обычно околачивается.