Книга Бизнес, любовь и много чего ещё, страница 86 – Одри Роуз

Нет. Ты не убежишь от меня снова. Я больше не намерен сушить тебя. Пустившись вслед за Синди, я догоняю ее уже секунд через тридцать. Хватаю и не даю убегать, а ей отчего-то так стало уморительно, что она смеется на всю округу.

— Да тише ты!

— Да темнота же беспросветная, никто не узнает, что это мы шумим. Только если еще кто-то не побежит за нами, чтобы отругать.

— Пошли к берегу.

— А пошли!

Даже не верится, что она так быстро согласилась. Я уже думал, скачки за ней по горам неминуемы. Как же хорошо, что Синди не успела добежать до леса. Неужели она не знает, как легко можно заблудиться за каких-то пару минут? Может, она не в полной мере осознает, что тут водятся черные медведи и койоты? А я ведь еще не предупредил ее, что ни за что нельзя приближаться к бобкэтам^[17] – они вовсе не милые толстенькие большие коты, а агрессивные дикие хищники.

Синди подходит к озеру очень близко, едва не намочив мысы кроссовок. Садится на берегу и смотрит на водную гладь Сантитла. Я тоже опускаюсь рядом.

— Спасибо, что привез меня сюда, – говорит она уже без дурашливости.

— По возвращении будешь готова работать на максимум?

— Кстати, об этом… думаешь, у нас получится общаться, будто ничего не было? Думаешь, мы сумеем не спалиться перед коллегами и не выдать при них случайно чего-то вроде: «Эй, а помнишь, как мы тогда классно пожарили мясо на ужин, когда ночевали в домике у леса?» Или: «Нью-Йорк был особенно красив, когда мы полупьяные возвращались в отель, не так ли?» Ну или: «А помнишь, как мы тогда так по-тупому вместе проснулись?»

— Ну, в том, что я лишнего не сболтну, я уверен. Так что…

— Ты на что намекаешь? Что если мы спалимся, то только из-за меня, да?

— Спалимся в чем?

— В том, что проводим время вместе.

— Это не криминально.

— Да, наверное, ты прав. Мы же в самом деле ничего предосудительного не делаем. Не спим друг с другом, с финансами компании никак не изворачиваемся и не замышляем ничего против коллег, – вслух рассуждает Синди. А потом широко расставляет руки за спиной, запрокидывает голову и смотрит на небо, усеянное миллионами маленьких белых звезд. – Ох, и какие же громадные завалы на работе нам с тобой предстоит разгрести. Интересно, Макфи точит на меня зуб? – Она вдруг прерывает сама себя и спрашивает очень серьезно: – Кларк, теперь… когда все случилось, ты ведь уже понял, что жизнь, сколького бы ты ни достиг, все равно оборвется? А в этой бешеной гонке за успехом и материальным можно проморгать самое главное – связь с другими людьми и ту радость, которая на самом деле окружает нас каждый день?

— Да, не сомневайся. Я действительно многое понял за эти несколько дней. Не знаю как, но ты и правда учишь меня иначе смотреть на многие вещи.

— Правда?

— Я ловлю себя на мелочах, о которых никогда прежде не думал. Не хочу обманываться, но мне кажется, что полшага к улучшению своего положения я уже сделал. Но я боюсь, что могу теперь отступить на три шага назад.

Она резко поднимается и протягивает мне обе руки. Я тоже встаю и, не понимая, что она задумала, вверяю в ее ладони свои пальцы. Что Синди опять задумала?

— Кларк, – сжимает она мои руки. – Не бойся того, что однажды ты не сделаешь десяти шагов вперед. Не бойся, что придется вернуться на двадцать шагов назад. Главное, чтобы ты знал, где та дорога, по которой следует идти.