Книга Русские заветные сказки, страница 46 – Александр Николаевич Афанасьев

— Поди, останови этого мужика да спроси – куда так шибко* гонит?

Лакей подбежал и кричит:

— Эй, мужичок! Постой, постой!

Мужик остановился.

— Барин велел спросить, что так шибко гонишь?

— Да чертей ловлю, оттого шибко и гоню.

— Что ж, мужичок, поймал хоть одного?

— Одного-то поймал, а за другим гнался, да вот ты помешал! Теперь за ним не угонишься.

Лакей рассказал про то барину: так и так, одного чёрта мужик поймал! Барин сейчас к мужику:

— Покажи, братец, мне чёрта; я сроду их не видывал!

— Дашь, барин, сто рублей – покажу.

— Хорошо, – сказал барин.

Взял мужик с барина сто рублей. Открыл сундук и показывает, а в сундуке сидит поп весь избитый да вымазанный в саже, с растрёпанными патлами!

— Ах, какой страшной! – сказал барин. – Как есть чёрт! Волосы длинные, рожа чёрная, глаза так и выпучил!

Потом мужик запер своего чёрта и опять поскакал в город. Приехал на площадь, где была ярманка, и остановился.

— Что, мужик, продаёшь? – спрашивают его.

— Чёрта, – отвечает он.

— А что просишь?

— Тысячу рублёв.

— А меньше как?

— Ничего меньше! Одно слово – тысячу рублей.

Тут собралось около мужика столько народу, что яблоку упасть негде! Пришли двое богатых купцов, протолкались кое-как к повозке:

— Мужик, продай чёрта!

— Купите.

— Ну, что цена будет?

— Тысяча рублёв, да и то за одного чёрта – без сундука; сундук-то мне нужен: коли ещё поймаю чёрта, чтоб было куда посадить.

Купцы сложились и дали ему тысячу.

— Извольте получать! – говорит мужик; открыл сундук – поп как выскочит, да бежать! Прямо в толпу бросился, а народ как шарахнет от него в разные стороны… так поп и убежал!

— Экой чёрт! К эдакому коли попадёшься, совсем пропадёшь, – говорят купцы промеж себя.

А мужик воротился домой и отвёл к попу лошадей:

— Спасибо, – говорит, – батюшка, за повозку – славно торговал; тысячу рубликов зашиб.

После того баба его пошла за водой, мимо попова двора, увидала попа и ну ржать: «Иги-ги-ги!»

— Ну, мать твою так! – сказал поп. – Муж твой славно меня угигикал!

С тех пор перестал поп ржать по-жеребячьи.

Жил-был мещанин, у него была пригожая жена. Жили они и прожилися*. И говорит жена мужу:

— Надо нам с тобой поправиться, чтоб было чем свои головы прокормить.

— А как поправиться?

— Уж я придумала, только не ругай меня.

— Ну, делай, коли придумала.

— Спрячься-ка, – говорит жена, – да выжидай. Я найду и приведу к себе гостя, ты и застучи: тут мы дело и обделаем.

— Ну хорошо.

Вот взяла она короб, насыпала сажею и поставила на полатях; мужа спрятала, а сама набелилась, нарумянилась, убралася и вышла на улицу, да и села подле окошечка – такая наряженная! Немного погодя едет мимо верхом на лошади поп; подъехал близко и говорит:

— Что, молодушка, нарядилася, али у тебя праздник какой?

— Какой праздник! С горя нарядилася: теперь я одна дома.

— А муж где?

— На работу уехал.

— Что ж, голубушка, твоему горю пособить можно; пусти-ка меня к себе в гости, так и не будешь одна ночь коротать!

— Милости просим, батюшка!

— Куда ж лошадь девать-то?

— Веди на двор; я велю батраку прибрать её.

Вот вошли они вдвоём в избу.

— Как же, голубушка, надо наперёд выпить; вот целковой, посылай за вином.

Принёс батрак им целый штоф* водки; они выпили и закусили.

— Ну, теперь пора и спать ложиться, – говорит поп, – поваляемся да и поебёмся немножко!