Книга Маленькое сердце, страница 61 – Лила Каттен

И все же на праздник, я была бодрой и готовой встретить Новый год с любимым мужчиной.

Мое признание вызвало у него улыбку. Ответное, заставило испытать гамму эмоций. Само осознание того, что он любит, делало меня какой-то особенной.

Он – такой замечательный и невероятный, любит меня.

Мы сходили с ума каждую минуту этой ночи. И это было лучшее, что я испытывала за всю свою жизнь.

Макар отдыхал до девятого, и мы провели с ним все это время вместе. Я даже не помню, чтобы мы выходили на улицу. Но судя по продуктам в холодильнике, мы это определенно делали.

— Так, быстро прошли выходные, – уныло сказала, рисуя пальцами на его обнаженной груди замысловатые узоры.

— Ты права. И мне, к сожалению, не дадут пока что отпуск, чтобы продлить наш отдых.

— Ужас.

Он тихо рассмеялся.

— Макар?

— М?

Я уже знала, что скажу, но пока еще не верила, что отважилась на такой вопрос.

— Я прочла одну историю в интернете, и мне стало интересно, и грустно.

— Какую? Интернет, клад чуши и прочего дерьма.

Он редко ругался при мне, но если и делал это, то значит был на эмоциях.

— Знаю, но не всегда.

— Ладно, что за история?

— Одна девушка стояла перед выбором: сделать аборт и остаться в живых, или же оставить ребенка и с пятидесятипроцентной вероятностью умереть вместе с ребенком.

— Господи, детка, не читай этой фигни, – внезапно резко сказал он и навис, ловко положив меня на спину.

— Но я просто лазила на форумах и увидела этот пост, – попыталась оправдаться.

— Значит, выруби интернет на своем телефоне и забудь о том, как он включается. Ты сейчас впечатлительная и… тебе не нужно это.

Он казался злым, что на него не было похоже.

— Но разве это не грустно?

— Это жизнь, я понимаю. И если эта история вышла в сеть, значит ответ, очевиден, что за выбор она сделала.

Макар, облокотился на спинку кровати и увлек меня за собой, снова опустив на свою грудь.

— Ты ее осуждаешь?

— Нет, – ответил тут же. – Порой нам приходится выбирать из неправильных вещей, из тех, что не оставляют по настоящему выбора. Но если бы она умерла, то это не принесло никому облегчения. У нее будет возможность родить другого ребенка.

— Думаешь, после такого можно жить?

— Люди переживают многое, о чем другие не могут даже мыслить. И все кого-то теряют, потому что это уродливая норма жизни, – немного помолчав, он заговорил снова. – Если бы она выбрала ребенка и умерла в итоге, кто-то, кто ее любил, не сказал бы ей спасибо. Возможно, она бы сделала своим выбором многих несчастными.

Его слова преследовали меня каждую минуту и открыли глаза на другие стороны моего собственного выбора. Они так же заставили усомниться в том, что я считала правильным до этого вечера.

Тот факт, что я усомнилась, уже ставил под угрозу мою веру. Я была предательницей в глазах Макара и мамы, выбирая дочь. И была ужасной матерью, выбирая себя.

Презрения внезапно стало очень много в моих внутренних конфликтах.

Завтра я должна была пойти на прием и дать ответ. Правильного решения просто не могло быть.

— Что мне делать? – погладила едва заметный бугорок, сидя на диване.

Закрыв глаза, я боролась со слезами, и внезапно изнутри меня буквально что-то ударило.

Я дернулась, затем подскочила на ноги и вскрикнула.

— Господи, – мои руки были в сантиметре от живота, на который я безостановочно смотрела.