Книга Пышка для брутала, страница 19 – Айрин Лакс

Все ее изгибы тела просятся под ласку мужской руки.

Не удержался, тиснул за грудь, за попу…

Аж ладонь снимать не хотелось — до чего роскошный зад. Прижался теснее. Ноющим членом к ней.

— Архииип… — промычала со стоном.

— Молчи, — хрипло отзываюсь в ее губы. — Есть между нами искра притяжения, зачем ее гасить?

Пальцы нащупали затвердевший сосок через два слоя ткани.

Горячая штучка…

Отзывается стоном на мимолетную ласку, дрожит.

Целую ее глубже, она под меня аж прогибается вся.

Если бы не божий вечер, который был еще светел, я бы ее прямо здесь уложил, на тропинке, устланной резиной.

Разложил бы и вошел хорошенько.

Не отпустил бы.

Не посмотрел на фальшивые протесты.

Взял бы свое…

Но тут полно любопытных взглядов, а наши поцелуи и предварительные ласки — прямо уже, за гранью.

— Ко мне.

Не прошу.

Приказываю.

И она… позволяет себя увести.

Людмила

— Архип! Пусти!

Я запоздало начинаю возмущаться.

Но он не пускает.

По правде говоря, мне и не хочется.

Или хочется.

Ой, как сложно-то…

Со мной такое впервые!

Раньше не было у меня таких сумасшедших эмоций.

Мои чувства к Данилу были спокойные.

Брутальный сосед несет меня через двор, словно добычу.

Одной рукой придерживает меня под коленями, другой — под спину.

Я брыкаюсь, наверное, делая это на автомате, не иначе.

Однако Архип только смеется — низко, хрипло.Его смех приятно рокочет прямо у меня над ухом.

— Молчи, соседушка.

Дверь его дома распахивается с громким стуком.

Я впервые нахожусь в доме Лужниковых. Чувствуется добротность и качество во всем — деревянная мебель, приглушенные цвета, стильно все обставлено. Внутри много неразобранных коробок с вещами, некоторые подписаны. Видно, что Архип приехал… надолго?

Или навсегда?

В гостиной пахнет деревом, немного дымом — зажжен настоящий камин. В воздухе витают ароматы мужского парфюма и чего-то знакомого. В воздухе едва уловимо, но пахнет — им.

Архип не ставит меня на ноги — просто прижимает к стене и целует.

Напористо.

Голодно.

Без права на отказ.

Мне хотелось бы разозлиться, но как? Если мне это очень нравится и хочется продолжения.

Его язык во рту, его руки под юбкой платья сводят с ума.

— Ты… ты… — пытаюсь выдохнуть.

Однако Архим действует быстрее молнии. Он рывком закатывает юбку и дерзко дергает мои трусики вниз.

Я, будто ждала этого, или просто интуиция подсказала? Но сегодня на мне — красивое белье, более изящное, чем в первый раз.

— Ах, красивая. Вот это сюрприз! — присвистывает мужлан.

Он оценил?

Точно смотрит вниз.

Меня заливает жаром удовольствия от похвалы: с моими-то параметрами от каждого комплимента в краску и дрожь бросает.

Тем более, Архип произносит их так по-особенному.

В его словах и в голосе нет ни капли изысканной слащавости, но, тем не менее, его фразы раскаляют меня до предела, а сердце готово выскочить из груди.

— Ты… — ах, мне снова тяжело даже дышать.

— Я что? — дышит он мне в шею, приподнимая и усаживая на стол.

Деревянная поверхность холодная под голой кожей.

Его пальцы — горячие, влажные — опускаются на мои колени.

Сжав их, он скользит пальцами выше, на бедра, разводит их в стороны.

— Красивая, звездануться можно. Вот это подарочек… — сглатывает.

— Что?

— Красивая, — произносит глухо. — Там…

Он не сводит взгляда с моей промежности, будто припухшие губки и клитор, пульсирующий от напряжения — это самое красивое, что он видел за всю свою жизнь.