Книга Взять измором или наказать сказочника, страница 78 – Ядвига Благосклонная

Тренер вышел первым, а за ним неохотно плелся Илья.

Многие ребята все еще оставались на льду, но едва ли мне было до них дело.

Закрыв калитку, Морозов, зыркнув недобро своими зеньками на меня, хмыкнул и потопал себе дальше.

Я остолбенела от такого вопиющего нахальства.

— Морозов! — окликнула его, но тот и ухом не повёл.

— Илья! — вновь ничего.

Тогда я сорвалась с места, обогнала его и встала прямо перед ним.

— Милый, на мне нет кнопки «отклонить», поэтому нам придется поговорить!

Морозов беспристрастно приподнял бровь и после потер подбородок.

— О чем?

— О… обо всем, — дала заднюю. Мой голос уже не звучал столь уверенно и требовательно, как несколько секунд назад.

— Ну, говори, — усмехнулся, расправляя плечи.

— Я, — замолчала, — я просто… ну в общем…просто, — мямлила, не зная с чего начать. Да и что говорить? Разве что о погоде…

— Давай, Цветкова, говори, — властно отченикал, а скулы заходили ходуном. — Чего замолчала-то? Может хочешь рассказать, что делал незнакомый парень у тебя в квартире? Или почему вы вместе ужинали?

— Петька мой…

— Ну да, Петька, — вскинул руки и рыкнул, — продолжай.

— Мой друг, — закончила.

— Скажи-ка мне, Варвара, — нагнулся он так близко ко мне, что мне в нос ударил запах его парфюма. — Ты же говорила, что не часто домой водишь парней. Неувязочка получается, — его тон был пропитан ядом, и отчего-то я почувствовала себя грязной.

— Петя. Мой. Друг, — зло прошипела, не выдержав такого отношения и крайне неприятных намеков. — Я вообще-то принесла тебе торт, — пихнула ему в руки выпечку, обиженно поджав губы.

— Торт? — он посмотрел на свои руки, и на секунду его взгляд смягчился. Морозов, аки красна девица, растаял. Еле уловимая улыбка пробежала по его губам, задевая щеки, тем самым показывая обаятельные ямочки, но вмиг его лицо приняло обратно угрюмое выражение. — Его ты тоже тортами кормила или ему достались булочки поинтересней? — гадко ухмыльнувшись, произнес с пошлым подтекстом, неприлично уставившись на мою грудь.

— Я не понимаю…

— А мне он что-нибудь оставил? — хмыкнул, затем в одночасье развязал ленту, снял коробку и схватил кусочек, молниеносно запихнув его в рот. — Вкусно, — жуя, прокомментировал. — Пацаны! Не хотите тортика? Пальчики оближешь! Меня ждет кое-что поинтересней!

Он кричал на весь каток. Поливал меня помоями, а я не могла и выдавить слова. Единственным желанием было провалиться под землю.

— Ну, малая, пошли, — беспардонно взял меня за локоть и потащил к выходу, оставив мой торт на трибуне, — перейдем к более интересной выпечке.

И тут мой пузырь терпения лопнул. Что этот абориген себе позволял?! Ни один спор не заставит терпеть меня подобные унижения! Я так резко остановилась, что парень врезался мне в спину.

— Ты, — ткнула ему пальцем в грудь, — я же к тебе со всей душой! Полдня на тебя, упырь, потратила! Мне за эти торты платят! А я тебе сделал его просто так, потому что захотела! К-козел ты, Морозов! — и моя рука смачно приземлилась на его щеку, оставляя на ней отпечаток моих пальцев.

Уже развернувшись и убегая, я поняла, что по моим щекам градом катились слезы. Даже не обратила внимание на недовольный взглас охранника дяди Васи, когда выбежала через парадный вход.

Я хотела, как лучше. Обрадовать его, разнообразить выходной, поднять настроение, а вместо этого получила в свой адрес тонну незаслуженных оскорблений. Такие, как Морозов никогда не оценят хорошее отношение. Такому, как он не интересны хорошие девочки. Мне, вероятно, нужно было станцевать стриптиз, чтобы его порадовать.