Книга Тридевятое. Книга вторая, страница 31 – Ирина Кизимова

Тот застыл и, не оборачиваясь, спросил:

— Что ещё?

— Ты выглядишь неважно, сам-то не захворал?

— Ты прямо как Баюн беспокоишься. Просто кошмары снятся, ничего серьёзного.

— Ты же знаешь, что это может быть из-за того, что ты спас меня! Что тебе снится?

— Просто тёмный коридор. — соврал Глеб, не став упоминать того, кого успел увидеть перед пробуждением. — Иногда сон — это просто сон, Иван.

— Обещай мне, что скажешь, если случится что-то плохое.

— Ты мне тоже много чего обещал. — нахмурился Глеб. — Как долго собирался скрывать, что за моей спиной собираешь на меня челобитные?

— Глеб, я…

— Я знаю, ты не хотел меня расстраивать. И мы непременно потолкуем об этом в другой раз, а сейчас глянь, снег за окном уже идёт.

Иван отвлёкся, переведя взгляд на плотно закрытые ставни, а когда собирался сказать ещё что пока не может увидеть снег — Глеба уже и след простыл. Царь закусил губу, премерзкое чувство разлилось по всему телу, напоминая о том, что он должен был поговорить с другом до того, как тот всё узнает самостоятельно. И кто ему только рассказал? Баюн и местные служки — отпадают, они-то точно с ним держат язык за зубами, значит, сам как-то понял и проследил.

Иван тяжело вздохнул и поплёлся разгребать сундук, наткнувшись на простую крестьянскую одежду, в которой как-то ходил на рынок во время второго испытания. Воспоминания об отце отдались в сердце уколом вины — они так до сих пор не нашли убийцу. Восхождение на престол и сопутствующие этому задачи по управлению, свели на нет всё время для поиска душегуба…

Простой зимней одежды не нашлось, и Иван задумался, что с этим делать… Не может же он пойти на дело без шубы! До зимы рукой подать.

За этими раздумьями, он не заметил, как успели вернуться Баюн и Влася, последняя улыбнулась, разглядывая его.

— Рада видеть тебя в добром здравии. Весть о твоей хвори уже весь терем облетела.

— Служка твоего покойного отца всё порывался к тебе в покои войти, никакие уговоры не помогали, лишь Глеб с ним сладить как-то сумел, малой его уважает. — добавил Баюн, придирчиво разглядывая Ивана. — А ты чего так вырядился? Холод на дворе.

— Не думаю, что шубы, которые есть у меня подойдут для того, чтобы остаться незамеченным…

— Я закончил. — вошёл в горницу Глеб и тоже взглянул на Ивана, в отличие от него он был одет по погоде: чёрный полушубок, теплые портки и валенки, длинные волосы предусмотрительно убрал под шапку. — Захватил для тебя тулуп. — он протянул другу зимнюю одежду и достал из дорожного мешка запасные валенки и портки, решив, что те, что есть на Иване никуда не годятся.

— Благодарствую, ты как всегда вовремя, Глеб. — Иван начал напяливать на себя обновки.

— Поскольку Полночь может за раз перевозить двоих, не считая Баюна, мне придётся лететь вперёд с одним из вас и возвращаться за другим.

— Ты не можешь просто улететь с Власей и отправить коня ко мне? Я боюсь, что мы не можем оставлять её одну.

— Ты улетишь со мной первым вместе с Баюном, а затем я вернусь в терем за русалкой. Полночь быстрый, это не займёт много времени. — успокоил его Глеб. — Только не влипните в историю, пока меня не будет рядом.

— Обижаешь, Глебушка! — возмутился Баюн. — Ванька, может, и слабак, но ты забываешь, что я врага и усыпить, и когтями порубать могу!