Книга Сладкая ягодка. Горький огурчик, страница 31 – Ольга Дашкова

Ноги подкашиваются.

— Нина, это не то, что ты думаешь...

— А что я должна думать? – она вызывающе смотрит на меня. – Извини, что читала чужие сообщения. Знаю, что не стоило, но они сами высветились на экране.

— Послушай, я могу все объяснить...

— Не нужно. Я уже получила объяснения, – Нина отворачивается к окну. – Сегодня ко мне приходила гостья. Алина Баринова. Твоя невеста.

Мир рушится окончательно. Алина здесь? Как она меня нашла?

— Что она тебе сказала?

— Правду. Что ты ее жених. Что вы планируете свадьбу, как только ты закончишь с наследственными делами. – Нина поворачивается ко мне, в ее глазах я вижу боль. Огромную, глубокую боль, которую она пытается скрыть за злостью. – Что я для тебя просто... временное развлечение, это мягко выражаясь.

— Это ложь! – выкрикиваю, делая шаг к ней.

— Правда? – Нина горько усмехается. – А сообщения на телефоне? «Скорее бы ты закончил с делами, и мы поженились»? Это тоже ложь?

Молчу, потому что не знаю, что сказать. Алина действительно такое писала. И я действительно не разорвал с ней отношения окончательно.

— Марат, я не буду играть в треугольники, и не буду делить мужчину с другой женщиной.

— Ты не делишь! С Алиной у меня все кончено!

— Кончено? – она качает головой. – А она об этом знает? Судя по сообщениям, она до сих пор считает себя твоей невестой.

Нечего ответить. Потому что Нина права. Я действительно не поставил точку в отношениях с Алиной. Все тянул, откладывал, надеялся, что как-нибудь само рассосется.

— Послушай, да, я был неправ. Да, надо было сразу все прояснить с Алиной. Но сейчас я это сделаю! Позвоню ей и скажу, что все между нами кончено!

— Не нужно, – Нина подходит к двери, открывает ее. – Сначала разберись со своей личной жизнью. А потом, может быть, поговорим.

— Нина, не делай этого. Я хочу быть с тобой!

— Хочешь? – она смотрит на меня с горькой усмешкой. – А почему тогда до сих пор не порвал с невестой? Почему не сказал ей правду?

— Потому что... потому что...

— Потому что боишься потерять запасной аэродром? – договаривает она. – На случай, если деревенская пассия надоест?

— Это не так!

— Тогда как? – Нина подходит ближе и смотрит ему прямо в глаза. – Объясни мне, как это понимать?

И я молчу. Потому что не могу объяснить даже себе, почему так трусливо затягивал разрыв с Алиной. Может, действительно оставлял себе лазейку? Может, боялся окончательно сжечь за собой мосты?

— Спасибо тебе за эти дни, – тихо говорит Нина. – Они были... хорошими. Но я не хочу быть временной заменой. Я не заслужила такого отношения.

— Ты не замена! Ты...

— Что я? – в ее голосе звучит вызов. – Говори, что я для тебя?

Хочу сказать: «Ты – мой воздух, мое счастье, моя жизнь». Хочу сказать: «Я люблю тебя». Но слова застревают в горле.

— Вот именно, – кивает Нина, видя мое молчание. – Ты и сам не знаешь. Тогда сначала разберись с собой, а потом приходи.

— Нина, дай мне шанс все исправить...

— Дам. Уладишь дела с невестой, тогда и поговорим. А пока... – она указывает на дверь. – Пока тебе лучше уйти.

Понимаю, что спорить бесполезно. В таком состоянии она меня не слушает. Да и как ее слушать, если я сам во всем виноват?

Собираю разбросанные по дому вещи – футболки, которые я оставил, зубную щетку. Мелочи, но при виде каждой из них сердце сжимается.