Книга Семья. Измена. Развод, страница 29 – Мария Высоцкая

Прощаюсь и выхожу на улицу.

Странное чувство. Пока я посещала адвоката по разводам, мой муж все это время ждал меня в машине неподалеку.

Абсурд какой-то.

Перехожу дорогу, а когда оказываюсь рядом с автомобилем, понимаю, что Князева внутри нет. Прекрасно просто.

Оглядываюсь по сторонам. Ветер раздувает полы пиджака, и кончики волос, собранные в хвост, хлещут по лицу.

Погода сегодня меняется на глазах. С утра светило яркое солнышко, которое пригревало. А сейчас вот, кажется, намечается дождь. Холодный ветер пробирается под пиджак, и кожа тут же покрывается мурашками.

Достаю телефон и звоню Мише.

Куда он провалился-то?

Прикладываю смартфон к уху и замечаю фигуру Князева. Он идет по тротуару к машине. В руках два стаканчика с кофе.

— Что тебе сказали? — вручает один мне.

— Тебе нравится надо мной издеваться? — сжимаю стакан, но к напитку не притрагиваюсь, хоть и продрогла. Горячий кофе в такой ситуации очень соблазнителен.

— Нет, просто любопытство.

— Тогда можно я не буду его удовлетворять?

— Твое право, — Князев едва заметно улыбается. — Замерзла?

— Да. Открой машину.

— Она открыта уже.

Тут же дергаю ручку и забираюсь в салон. Виски ноют от боли. Я перенервничала сегодня. Не каждый день приходится ходить к адвокату, а добираться до него вот в такой компании.

— Даш, — Миша садится за руль, — я серьезно насчет Марка.

— Да-да. Я поняла, не возить его к родителям больше, — устало прикрываю глаза, оставив кофе в подстаканнике.

В машине повисает пауза, а я медленно начинаю проваливаться в сон, когда снова слышу Мишин голос.

— Два-три месяца, и я дам тебе развод.

Резко открываю глаза и подаюсь вперед, неуклюже переваливаюсь на левое бедро, впиваясь в Князева глазами.

— А Марк?

Миша отводит взгляд, и я чувствую слезы на своих щеках. Он мне его не отдаст. Он хочет, чтобы я была приходящей мамой.

Всхлипываю и тут же накрываю рот ладонью. Картинка становится мутной от бегущих слез.

— За что ты так со мной? Почему?

Обнимаю себя руками и прилипаю спиной к сиденью.

— Марк останется с тобой, — слышу мрачный и очень тихий голос Князева. — Но ты должна занять мою сторону сейчас. Во всем, что вот-вот начнется, ты должна будешь быть на моей стороне.

Миша сглатывает, а я вижу, что у него пальцы побелели от того, с какой силой он сжимает руль.

— Ну и потом, естественно, не мешать моему общению с сыном. Воскресным папой я быть не планирую.

Миша

Чувствую на себе Дашкин взгляд. Молчу.

Даю ей время все обдумать. Завожу тачку и выезжаю с парковки под гнетущую тишину в салоне.

Пока даже отдаленно представить не могу, как это — жить со своим сыном раздельно. Но, возможно, для него и правда так будет лучше. Вероятно, для всех нас так будет гораздо, гораздо лучше…

Почти шесть лет назад Марк должен был стать гарантией в нашем с тестем общем деле и прямым путем к разводу. Но, как только Дашкин живот начал расти, все изменилось. Просто по щелчку. Я привязывался к еще не рожденному ребенку с каждым днем все сильнее, а вместе с ним все чаще задерживал долгие, задумчивые взгляды на Даше. Девушке, которую первый год просто на дух не переносил.

Меня все в ней раздражало. Голос, походка, ее вечные вопросы и истерики.

Ей на берегу объяснили, что это сделка, но она с каким-то идиотским упорством продолжала строить из себя жертву. Иногда мне казалось, что это у нее с отцом своим договоренность такая, чтобы свести меня с ума.