Книга Она моя зависимость, страница 106 – Мария Высоцкая

Все это вышло быстрее, чем я планировала. Снова.

Но, честно говоря, теперь я не паниковала. Да, получилось спонтанно, но страх больше не захлестывал. Наоборот, я была рада. Настолько счастлива, что голова кружилась. Да и сейчас не верю, что мы муж и жена, хоть прошло уже больше месяца.

Свидетельство о браке нам выдали за четыре часа до самолета. Мы забрали его на пути в Шереметьево.

Поправляю лежащие на правом плече волосы, стараясь сделать это как можно аккуратнее, чтобы не запутаться в рыжей шевелюре кольцом. На нем просто неприлично огромный камень.

— Но зачем? Ты разве не хотела учиться, работать…

— Я и буду учиться, и работать тоже буду.

Мама прищуривается. Ее цепкий взгляд устремляется к животу. Его еще не видно, но на всякий случай я надела платье пошире.

— Ты беременна?

Немного подвисаю. Вообще, говорить о ребенке я не планировала, пока. Но она так смотрит, будто заведомо знает ответ. Именно этого я и не хотела. Теперь она думает, что наша свадьба связана лишь с приближающимся пополнением в семье.

— Да, – киваю и делаю глоток чуть теплого чая.

— Ясно.

Мама отводит взгляд.

— Не поздравишь?

— Поздравлю, конечно, – мягко улыбается. – Ребенок – это хорошо.

— Спасибо, – снова киваю и допиваю чай.

— Ты только помни: что бы ни случилась, у тебя есть мы. Я всегда тебе помогу, слышишь? Ты всегда можешь прийти за помощью. Слышишь меня?

— Да. Спасибо, – в глазах встают слезы. Я стала слишком сентиментальной. Правда, Андрей называет мою вот такую слезливую сентиментальность нежностью.

Так и говорит: «Моя нежная девочка».

— Мам, ты только никому не говори. Никто не знает. Мы пока не хотим…

— Хорошо.

Она даже не дослушивает. Сразу согласие дает.

— А кто? Мальчик? Девочка?

Пожимаю плечами.

— Скоро узнаем.

— Может, тебе как-то помочь? Хочешь, оставайся у нас на недельку. Отдохнешь.

— Я не устаю, – смеюсь. – На самом деле я уже месяц бездельничаю. На заочку перевелась.

— Это хорошо. Академ брать не нужно. Если понадобится, я приеду, подсоблю. С малышом понянчусь. За девчонками Алина присмотрит.

— Спасибо.

— А как Андрей? Как воспринял?

— Хорошо. Он рад, – говорю это почему-то не без гордости. Наверное, опыт окружающих сказывается. Парни его возраста редко воспринимают подобную новость настолько адекватно.

— Ну и отлично, – мама поджимает губы и смотрит так проникновенно, что у меня в груди щемит. – Ты прости меня, если сможешь. За все прости. Я так за тебя боялась. Так ему не доверяла. Но я искренне рада. Очень за тебя рада.

— Мам, перестань, – смахиваю скатившуюся слезу. – Я тут сейчас море разолью.

— Не надо плакать. Брось это дело. А его родители знают?

— Андрей сегодня скажет, что мы поженились. Ой, давай тебе фотки покажу. Там все так красиво было.

Мама часто кивает, и я подставляю стул ближе к ней. Начинаю пролистывать фотографии в телефоне, бегло рассказываю, как все проходило.

— Платье у тебя глаз не оторвать. Какая же ты красавица.

— Ой, мы его вообще случайно купили, там такое было…

Я все тараторю и тараторю, хотя на маму поглядываю все еще с настороженностью. Я очень боялась, что она воспримет все наши новости плохо. Но нет. Она поняла, вроде как смирилась и даже рада. Хотя, даже если это хорошо разыгранный спектакль, мне плевать.

Я свой выбор уже сделала. И все решения, которые можно было принять, тоже.