Книга Будет больно, моя девочка, страница 132 – Мария Высоцкая

— Поехали, Арсений. Давай, в темпе, в темпе.

Панкратов уходит вперед. Раздумываю пару секунд и плетусь следом.

Под «местом», куда нам нужно заехать, он имел в виду ментовку. Естественно, не районное ОВД, а что-то вроде следственного комитета. Да и чувак, в кабинете которого мы оказываемся, тут точно не рядовой сотрудник.

— Кирилл, привет, — Майя взмахивает рукой и прикрывает за всеми нами дверь в кабинет.

— Маёныш, — этот самый «Кирилл», ей улыбается, а потом переключается на Панкратова. — Андрюх, суть дела, я понял. Сейчас Романов придет, пусть они, — кивает на нас с Майей, — ему все расскажут. Все, что запомнили, — смотрит на меня. — Родителям сообщили уже?

— Моим? — ухмыляюсь.

— Моим, конечно же, — мент кривит губы. — С ним все понятно. Майя, ты же у нас внимательная девочка? Что-то вспомнишь?

— Да, — уверенно подтверждает Панкратова.

Следующие полчаса мы сидим напротив капитана, рассказываем, как все это произошло. Майя на удивление и правда очень даже детально, успела рассмотреть этих козлов. Хотя, пока меня лупили, у нее было время либо сбежать, либо запомнить…она выбрала второе. Максимально глупо, если честно.

Когда капитан проваливает, оставляя нас в кабинете вдвоем, разворачиваю свой стул так, чтобы видеть Майю полностью. Она убирает за ухо прядь волос, а потом зажимает ладони коленями.

— Не обижайся на папу, — вздыхает. — Он иногда перебарщивает, но это просто потому, что беспокоиться.

— Я так и понял, — растираю затылок.

Майя зажмуривается на мгновение, а когда распахивает глаза, замечаю, что они у нее увлажнились.

— Я испугалась и не смогла тебе помочь. Там…

Резко подаюсь к ней ближе. Скрежет ножек стула по полу, заставляет поморщиться. Смотрю Майе в глаза, почти касаясь кончика ее носа своим.

— Тебе вообще надо было оттуда сваливать.

— Ты совсем дурак, да? Они бы тебя убили.

— Да ладно тебе, дернули бы мобильник, карты, часы. Это максимум. Если есть возможность свалить без последствий, ей нужно пользоваться. Это тебе на будущее.

Снова ухмыляюсь. Несу всю эту чушь, вместо того, чтобы просто сказать ей спасибо, за то, что не кинула. Герой, блин. Обделался по полной. Еще и рожа ноет.

Удары у них были так себе. Лицо я почти сразу закрыл, поэтому прилетело не сильно. Сгруппировался — тоже вовремя и правильно. Бывало в сотни раз хуже. Тело болит, резкие движения доставляют дискомфорт, но не настолько, чтобы записать себя в инвалиды. Глобально я в порядке.

— Забыл. Справедливость же, — улыбаюсь.

Майя демонстративно закатывает глаза, громко цокнув языком.

— Когда-нибудь за твой длинный язык ты так сильно получишь, — вздыхает.

— Да пофиг. Че они у тебя забрали? — сжимаю ее руку в своей.

— Пару колец, цепочку, три браслета.

— Скинь фотки потом, ладно?

— Зачем?

— Надо.

— Ты же не собираешься лезть в это дело, правда? Родители без нас уже разберутся.

— Кто? — откровенно ржу. — Родители?

— Ничего смешного тут нет.

— Ты права. Да, — концентрируюсь на ее шевелящихся губах. Мысль о том, что они могли с ней что-то сделать, причиняет боль. Моральную, и по касательной, я даже чувствую физическую. — Слушай…, — смотрю на наши переплетенный пальцы. У Майи розовый маникюр. — Я тут думал, не сегодня, а вообще. Ну и сегодня тоже.

— О чем?

Моргаю. Залипая на ее голос. Зачем она вообще говорит? Зачем что-то спрашивает? Мысли мгновенно путаются. Я должен сказать или спросить? А может, предложить?