Книга Не отдавай меня ему, страница 91 – Ульяна Романова

— Ты опять забыл, — фыркнула она, подняла голову и недовольно сморщила нос.

— Я помню, — отрезал я, — я, бля, все помню. Поэтому и спрашиваю — какая работа? Неделя прошла. Доктор сказал «покой и постельный режим», хотя бы месяц, а ты и так без конца бегаешь с Агатой сидеть. Слушай, а может, твой Вадик тебе как няне платить начнет? И за аренду квартиры тоже. Он там один живет, Мила хрен знает где, ты у меня, еще и с дочерью его нянчишься. Нормально так чел устроился.

— Меня это тоже немного напрягает. Мила меня заблокировала, дозвониться не получается. Но после того, что мне рассказала Таня, мысли разные приходят.

— У Вадима есть своя квартира? — я напрягся и снова поймал волну раздражения.

— Да, однушка. Он ее сдает.

— И тебя ничего не смущает, да? — прорычал я.

— Смущает, Марат. И даже немного пугает.

— Вечером после работы съездим, поболтаем.

— А Агата?

— Он ее отец, — напомнил я.

— Знаю. Я… Я вчера, когда с Агатой сидела, Тане позвонила.

— И что?

— И мы встретились на прогулке.

— Трезвая?

— Да. Мы никуда вечером не поедем, — отрезала Маша.

— Опять ты на себя все проблемы решал взвалить? — завелся я.

— Нет. Просто я хочу попробовать кое-что. Может, если Таня станет чаще видеться с Агатой, у нее проснется материнский инстинкт, и она заберет Агату у Вадима. Тогда и выселим. Только нужно найти Милану и узнать, что с ней. Я вчера на всякий случай забрала из той квартиры все наши документы на собственность и прочие…

— Мария, ты растешь в моих глазах, — уважительно признался я.

— Учусь у лучших, — засмеялась она, глядя на меня.

— Будь осторожна. Если что — сразу мне набирай, поняла? Не нравился мне этот ваш Вадим. Может, ему руку сломать? — озарило меня.

— Это еще зачем?

— Превентивно, чтоб не распускал.

— Он тебя и так боится, а от меня шарахается, — улыбнулась Маша.

— Правильно делает, — согласился я и вспомнил: — Какая работа?

— Три клиента в день, Марат, это несложно. Мне предложили подменять девочку, которая в декрете и может выходить только во второй половине дня. Я справлюсь. И деньги нам совсем не лишние, — напомнила Маша.

— Ладно, но если заболит голова, — сразу домой. Насрать мне на твоих клиентов.

— Как скажешь, — не стала спорить Маша.

— Умница, — выдохнул я, приподнялся, поцеловал ее в висок, оделся и вышел.

Снежок, довольная морда, сразу же шмыгнул в комнату к Маше.

— Доброе утро, сынок.

Мама не смотрела мне в глаза. Только в редкие минуты, когда ее не мучила совесть. Подозреваю, что совесть была второй эмоцией, которую она топила на дне стакана.

— Доброе, — кивнул я, скрываясь за дверью ванной.

Умылся и вернулся. Маша уже крутилась в кухне, как и всегда, собирая для меня обед на работу в пластиковые контейнеры.

Мама протянула чай, медленно оделась и ушла выгуливать Снежка.

— Поговори с ней, — попросила Маша.

— О чем? — не понял я.

— Ты обижен, и она это знает.

— Маш…

— Марат, она старается, — вздохнула Маша, подумала и спросила: — Не бывает так, чтобы все было хорошо, да?

— Да. Иди ко мне, — потребовал я.

Обнял Машку, потрепал по волосам и поцеловал в макушку.

— Что ты хочешь на ужин? — деловито спросила Маша.

— Без разницы, — честно ответил я, — можешь вообще ничего не готовить, если не хочешь.

— Я хочу, — Маша подняла глаза, и я снова утонул.