Книга Не отдавай меня ему, страница 93 – Ульяна Романова

— Боитесь, что сорвусь, да?

Я вздохнула и решила сказать правду.

— Майя, я была с Маратом, когда вас забирали в больницу. Он очень сильно за вас переживает, хоть и не подает виду. И больше всего на свете он хочет, чтобы вы бросили свою пагубную привычку. Вы ведь обещали закодироваться, как только доктор разрешит после операции. И знаете что, я больше не позволю вам его расстроить. Он верит, что вы сможете победить. И я верю. Но вам нужна помощь, поэтому мы будем всегда рядом.

— Он молчит, почти не говорит со мной.

— Сами поговорите, — отрезала я, — расскажите ему, что вы его любите. Он боится открыться. Боится, что поверит, а вы снова возьметесь за старое, поэтому закрывается. Вы ведь много раз так делали, верно?

— Машенька….

— Я в вас верю. Марат верит и надеется, что у него снова появится мать. Прошу вас, постарайтесь удержаться от соблазнов. Это сложно, но всегда рядом есть я и Рат. Воспользуйтесь этим шансом, чтобы сблизиться с сыном и начать новую жизнь, второго у вас может не быть.

Она отвела взгляд, а я в тот момент поняла, что бессильна. Примерно таким взглядом много лет назад на родителей смотрела Таня. Клялась, что все, она точно завязала, начала новую жизнь…. И снова уходила.

— Конечно, Машенька.

— Я попрошу Рата прийти пораньше, — натянуто улыбнулась я, — съездим, заберем остатки вещей.

Оделась и молча вышла. Спустилась на первый этаж и села на корточки, обняв голову руками, пытаясь придумать слова для Марата.

Он надеялся, я знала, что он очень хотел вернуть себе маму.

Что я могу сделать? Как помочь? Не пристегивать же ее наручниками и все-время запирать в квартире?

Боже, ну почему все так?

Я хотела верить в чудеса, два в моей жизни уже случилось — Марат и мой неподтвержденный диагноз. Может, случится и третье, для Рата?

И в глубине души понимала, что в этот раз чуда не случится. Я старалась дышать, поднялась на ноги и побрела на свое новое рабочее место.

Мой Марат сильный, он справится. Конечно справится, но я безумно хотела уберечь его от боли. Спрятать его так же, как он прятал меня.

Я отработала положенные часы, убрала рабочее место и передала его девушке, которую заменяла. Она радушно улыбнулась и пригласила меня выпить чай с тортом, пока не подошла новая клиентка.

Зоя познакомила меня с остальными мастерами, напоила чаем и ушла работать. Меня тепло встретили в коллективе, что не могло не радовать, но поток мыслей и беспокойства о Марате не оставлял ни на секунду.

Я надела куртку, попрощалась с девочками и вышла на улицу. Достала мобильный и набрала номер Тани, решив больше не бросать решение проблем на самотек.

— Привет, — отозвалась моя старшая сестра.

Ее голос осип и звучал словно неживой.

— Ты где? — напряглась я.

— Дома. Приедешь?

— Лечу.

Я убрала телефон в карман, надела перчатки и поспешила на автобусную остановку.

Спустя полчаса я уже стучала в обшарпанную, деревянную дверь квартиры, которую мы купили для Тани много лет назад, и молилась, чтобы она снова не сорвалась.

Таня распахнула передо мной дверь, кутаясь в махровый халат. Ее волосы безвольными сосульками падали на лицо, глаза опухли и покраснели, а сестра обнимала себя руками и невидящим взглядом смотрела на меня.

— Что случилось? — ахнула я, впихивая ее в квартиру, — Таня?