Книга Наглый. Дерзкий. Родной, страница 93 – Ульяна Романова

— Статья потому что, – он низко опустил голову, – уголовка, Кать. Все мои движения в твою сторону сейчас, кроме рабочих, – это погоны с плеч и разбирательства вплоть до уголовного срока. А я наплевал на все, в деревню с тобой поехал. Спасибо, что не сдала начальству на допросе, что я с тобой был.

А ведь и правда, когда тот опер спрашивал у меня, с кем я была в деревне, я почему-то смолчала. Рассказала про Рори и Роберта и ни словом не упомянула Матвея. Просто для меня он был местным жителем деревни, а оперуполномоченный спрашивал, в компании кого я туда ездила.

Почему-то при мысли о том, что я могла случайно его подставить, по позвоночнику прошел холодок, а сердце екнуло.

— У меня крышу рвет, Кать. Давно сорвало. Не могу далеко от тебя быть, магия, блин, какая-то. Тянет к тебе, как того коня за поводья кто-то. Катерина моего сердца, – он грустно улыбнулся, – я мудак. Признаю.

— А обыски?

— Не знал я, что они будут. Нам позвонили и выдернули на работу, ничего не сказали. Все за сутки случилось. Приказ, маски-шоу, обыск. Меня даже за сообщение тебе привлечь могут, но знаешь, уже пофиг. Вот, держи.

Он протянул мне обычный листочек.

— Что это?

— Номер СБ. Моя судьба буквально в твоих руках, Кать. Позвонишь и скажешь, что я за тобой не по протоколу хожу, – мне конец. Я готов отвечать за свои поступки. Левку только не сдавай.

— Ты нормальный? – возмутилась я.

— Нет, – он усмехнулся, – просто показать тебе хочу, что сейчас не вру. Что виноват и раскаиваюсь.

Он в тот момент меньше всего был похож на Эдуарда. Напротив меня стоял серьезный, уверенный в себе и очень виноватый мужчина, который вручал в мои руки свою свободу. В прямом смысле этого слова.

Знал, что это противозаконно, и все равно пришел. На выходные приехал в деревню, сегодня с извинениями.

Боже, спасибо за то, что я банально забыла о нем, сидя в отделении ФСКН вчера!

— Не буду я никуда звонить, – вспыхнула я, – и сдавать тебя не буду!

Он подошел ко мне совсем близко. Невероятно серьезно заглянул в глаза… Не было той сумасшедшинки во взгляде, к которой я уже привыкла – появилось что-то другое, чего я пока не могла осознать. Но сердце снова забилось в висках, а колени подогнулись.

— Я пропаду на пару недель, – хрипло прошептал Матвей, – ничего не бойся, ясно? Ничего и никого. Больше тебя не вызовут.

Он понизил голос до едва слышного шепота:

— У тебя работает Ольга, не звони ей и не вздумай встречаться с ней лично. Поняла?

— Снова закон нарушаешь? – выдавила я.

— Тебя пытаюсь от беды оградить. Ничего не надумывай только, прошу. Как только смогу снова появиться – я позвоню, приеду, ты только не накручивай себя, не думай про меня так плохо, как вчера. Кать, нравишься ты мне, это правда.

Матвей поднял руку и погладил мою щеку большим пальцем. По коже пробежали мурашки, а я дыхание сбилось.

— Тот номер, с которого я прислал сообщение, удали, я его купил, чтоб тебя предупредить.

Он достал из кармана другую бумажку и положил мне в карман.

— Это мой, на самый крайний случай, если совсем беда. Пару недель, Кать, а потом ты от меня не отделаешься.

— Угрожаешь?

— Предупреждаю, что у меня самые серьезные намерения, – он подмигнул, тяжело вздохнул, быстро поцеловал меня в нос и умчался так, словно его и не было.