Книга Наглый. Дерзкий. Родной, страница 10 – Ульяна Романова

— А осел к соседям точно из-за бабули сбежал, или тоже вы довели? – не удержалась я.

— Не, осла мы не трогали, он кусается. И гуси у бабули боевые, мы так паркурить научились, пока от них убегали!.. А однажды в курятник нашего пса запустили, так куры летать научились, пока он их ловил. Ну, правда, мы с брательником потом от петуха огребли… И от бабушки. Но от петуха больнее было. И две недели курятник убирали потом в качестве наказания. Так эти дуры так кудахтали, когда мы с граблями в курятник заходили, что уши пухли. Как думаешь, Кать, куры умеют матом ругаться?

— Думаю, да, – с умным видом произнесла я, стараясь не рассмеяться.

— Ну, вот так и жили. Катерина, а ты мне свой номер телефона дашь?

— Не дам, – делая глоток отвратительного кофе, отрезала я.

На мой субъективный взгляд, лучше кофе, чем у Авроры в кофейне, не подавали нигде.

— Почему?

— Потому что спектакль неубедительный, – пропела я.

Повернулась к нему, склонилась ближе и прошептала:

— Зачем все это?

— Что? Катерина Романовна, зря не веришь. Я к тебе со всей душой…

— И семками…

— Это святое, – согласился Эдуард, – от сердца оторвал. А давай монетку подбросим? Если орел – идем на свидание. Решка – перебрасываем!

— Нет уж. Твои полчаса истекли, мне пора.

Я решительно поднялась, поправила юбку и повесила сумочку на плечо.

— Я все равно тебя добьюсь, Катерина Романовна, – нагло хмыкнул гопник и тоже поднялся. – Недели не пройдет, моя будешь.

— Мальчик, поищи ровесницу, – сквозь зубы прорычала я.

— Я тебя хочу, – прошептал он, и горячая ладонь оказалась на моей талии.

— Я замужем, – пискнула я.

— Но вакансия любовника свободна? – не желал сдаваться маргинал.

— Ты… нахал! Знать тебя не желаю!

Я скинула его руку со своей талии, обошла и быстрым шагом пошла в салон.

— Катерина моего сердца, я не сдамся! – прокричал он мне в спину.

Боже, помоги!

— Катерина, что это было? – окружили меня девчонки, когда я влетела в салон, заперла дверь и для надежности оперлась о нее спиной.

— Ничего.

— Кто он? – не сдавалась Наташа.

— Эдуард, – выдохнула я, – он – Эдуард. Все дружно забыли о том, что он приходил, и работаем! Ирочка тут?

— Тут, – отозвалась сменщица Тани, – уже все локти сгрызла, что не пришла раньше. Девчонки рассказали.

— Угу, – кивнула я и сбежала в свой кабинет.

Подумала и заперлась изнутри. Ну, Эдуард!

Села за свой стол, сделала несколько дыхательных упражнений и постаралась успокоиться.

Не получалось.

Сосредоточиться на работе я тоже не смогла, буквы расплывались перед глазами, а в голове звучал нахальный голос Эдуарда: «Я все равно тебя добьюсь!»

Я нервно отбросила в сторону папку с бумагами, потянулась за телефоном и набрала номер бывшего мужа:

— Да, – лениво ответил Стас.

— Как Федя? – рисуя на листке бумаги каракули, спросила я.

— Нормально, он на тренировке по боксу, ты забыла?

— Забыла, – устыдилась я и тут же вспыхнула: – Ты записал его на бокс, не посоветовавшись со мной?

— А ты против, да?

— Против, Стас. Какой бокс, ему восемь!

— Самое время. Кать, он пацан.

— Он ребенок. И я ничего не имею против спорта, но можно же со мной советоваться?

— Я нашел лучшую школу в городе, Федю в нее взяли, в чем проблема? Сейчас лето. Походит, посмотрит, не понравится – заберем. От него никто не требует становиться профессиональным спортсменом. Ему это нужно, Кать. Поверь. Я не могу проводить с ним все свое время, но он и мой сын тоже, я хочу участвовать в воспитании. А мальчику нужна мужская рука.