Книга Ржавчина, страница 49 – Виктория Побединская

Она протягивает ему моюкепку, ту самую, что я подарил ей, и я машинально касаюсь висящей на шее шестеренки. А потом они уходят в соседний дом. В нашбывший дом. На пороге она останавливается, словно почувствовав пристальный взгляд. Заводит за ухо волосы, ищет глазами кого-то, не меня, и скрывается внутри.

Я никогда не знал, что такое ревность. В семье с тремя детьми это невозможно в принципе. Но сейчас понимаю, что ревную. Ревную Анну к моей старой жизни, в которой осталось всё, кроме меня. Я еще долго смотрю на глухую дверь, словно зная, что нужно прожить, прочувствовать этот момент полностью.

Прошлое умерло. Вместе с домом, который больше обо мне не помнит.

Джулс оказалась права. Ей понадобилось четыре месяца и три ведра пролитых слез, чтобы смириться. Мне же не хочется сдаваться. Почему-то в этот момент во мне просыпается такая злость, одно желание – крушить все вокруг. Как будто в голове щелкнул невидимый ранее тумблер. Я вспоминаю все позорные бегства. Все удары, тычки, издевательства. И выбираю остановиться. Перестать убегать. Хватит цепляться за прошлое. Его не вернешь. Моя жизнь там, в Ржавом городе. И если я не сломаю его, он сломает меня. Окончательно.

Домой мы возвращаемся уже затемно. Не разуваясь, направляюсь в собственную спальню и открываю шкаф. Достаю оттуда свои толстовки и розовыми ножницами младшей сестры отрезаю на каждой капюшон. Все занимает не более десяти минут. Больше ни одному ублюдку я не позволю схватить меня и повалить на землю.

В ванной стягиваю футболку через голову. Все бока и плечи покрывают синяки. Часть из них свежие – чернильно-фиолетовые. Часть уже желтые, как спелая слива. Упираюсь руками в раковину и смотрю на свое лицо, всё в ссадинах и царапинах, а потом достаю из ящика машинку и закрываю дверь, чтобы никто не услышал.

Комната наполняется мерным жужжанием. Оно тает в воздухе, точно так же растворяя мою прежнюю жизнь.

Расставаться с волосами жаль, но густые и вьющиеся, они превратились в орудие для убийства – меня же. Без сожалений провожу машинкой от лба до самого затылка, и ржавые пряди падают в раковину.

Закончив, я застываю, глядя в треснувшее зеркало: глаза красные, лицо бледное, взгляд дикий, нечеловеческий. Меня бьет дрожь. И тогда поднимаю подбородок, заставляя себя смотреть. Смотреть и улыбаться. Вот только вместо улыбки получается оскал.

Добро пожаловать в Ржавый город. Чувствуйте себя как дома. И постарайтесь дожить до понедельника.

Глава 16. Август – прошлое

Бывают дни, когда, проснувшись, понимаешь, у жизни свои законы. Практически такие же, как в дикой природе. Жертва убегает, хищник – догоняет. Ты можешь выть, метаться, биться головой о стены – установленный порядок не изменится. И пока этот круг не оборвется, он будет повторяться вечность. Как в мультфильме про глупого кота и мышь. Исход всегда один. Но сегодня я собираюсь его изменить.

Стоя в центре школьного двора, я закрываюсь руками от пробирающего ветра, потому что на календаре осень. Хотя, возможно, дрожу по другой причине. За ворот, больше не скрытый капюшоном, забирается холод. Невидимыми каплями стекает по спине. Звенит звонок, но я не двигаюсь с места. Ты хищник или жертва? В мире, где третьего не дано, рано или поздно приходится сделать выбор.