Книга Ржавчина, страница 159 – Виктория Побединская

— Она никогда не говорила, что ей не нравится, когда я так ее называю.

— Она скорее стерпит, как бы ее имя ни коверкали. Привыкла уже.

Эрик присаживается на кровать. И мы впервые разговариваем с ним так – не желая набить друг другу морду.

— В каком смысле? – спрашивает он.

— Они с матерью приехали из России, – говорю я, ощущая, как меня отбрасывает назад. Туда, где мы были вместе, где было безумно тепло и уютно. Там, где я мог называть ее своей. – Ей тогда только двенадцать исполнилось. Я сам сначала не понимал, почему дома все зовут ее Аней.

— Аня… – медленно повторяет Эрик, словно пробуя имя на вкус. – Красиво.

Я киваю. Он поднимает сумку и произносит:

— Спасибо.

А потом выходит из комнаты, захлопнув за собой дверь. А я падаю на кровать, запустив пальцы в волосы, и в очередной раз думаю, какой же я идиот…

…В женском общежитии слышна громкая музыка. Дверь не заперта, и стоит переступить порог, я утопаю в океане шума и выпивки.

— Аллилуйя! – кричит издалека Марк, один из членов баскетбольной команды, воздевая руки к небу. – Он, наконец, пришел!

— Приветик, – тут же подхватывает меня под локоть девчонка из группы поддержки, взвизгивая, будто я ущипнул ее за задницу. Только я ее не трогал. Я и имени-то ее не знаю. Узнаю лишь по розовым волосам. – Эй, Сара, твоя баскетбольная звезда явилась! – кричит она.

— Кажется, кое-кто перебрал, – чуть наклонившись к уху девчонки, чтобы не перекрикивать музыку, говорю я.

— Ровно настолько, чтобы хорошенько повеселиться, – широко улыбается она. Мимоходом бросает, что вечеринки – это лучший повод, чтобы познакомиться, а потом кивает она на зажимающуюся на диване пару. – Видишь.

Я ее мнения не разделяю, но и не произношу ничего, про себя думая, что там, откуда я родом, это называется «потрахаться без обязательств».

— Сара, иди сюда! Хватай эту задницу, пока он снова не сбежал!

Похоже, Сара тоже хочет провалиться под пол. По крайней мере лицо у нее такое, будто она готова прямо сейчас с крыши спрыгнуть. Розововолосое чудо же, на прощание подмигнув, растворяется в толпе. А мы с Сарой остаемся стоять друг напротив друга.

— Звезда, значит? – хмыкаю я, чувствуя, как уголок губы тянется кверху.

Сара краснеет до кончиков ушей. Я бы тоже, наверное, мог, но давно разучился. Что говорить, приятно. Никто здесь даже не догадывается, что если я не наберу денег на следующий год, моя карьера окончится так же быстро, как сегодняшняя выпивка. А она точно скоро закончится. Ведь судя по тому, что вижу, каждый из присутствующих поставил сегодня пункт «надраться» первым в списке.

— Надо было поступать на юридический. Потребовала бы моральную компенсацию за унижение, – улыбается Сара.

— Не переживай, – успокаиваю я ее. – Все когда-то случается впервые. Если еще пару раз назовешь меня звездой, обещаю следующие пару месяцев не подкалывать тебя и не вспоминать об этом.

— Ты очень великодушен!

— Если что, обращайся, – подмигиваю я.

— Невыносим.

Я хмыкаю. Никто и не спорит.

— Идем, я тебе все здесь покажу, – протягивает она руку, приглашая следовать за ней.

Не думаю, что мне требуется экскурсия. Я бы и сам справился, но отказать неудобно, так что я послушно шагаю рядом.

— Честно говоря, я уже решила, что ты и на этот раз не решишься.

— Тренировки отменили, – отвечаю я, внезапно натыкаясь взглядом на Эрика. Вот уж не думал, что и он здесь.