Книга Я зомбяша, страница 83 – Любовь Хилинская

— Ковалевская! — ехидно процедил он. — Тебя вызывают в деканат.

— Рано радуешься, Гонищенко! — отозвалась я.

С этим парнем мы терпеть друг друга не могли с самого первого дня. Не знаю, почему он меня невзлюбил, а вот я его за заносчивость и спесь по отношению к однокурсникам. Он был сыном профессора одной из кафедр и периодически высказывал фразочки типа «Да вы знаете, кто мой отец? Да вы будете ему экзамены до седьмого пота сдавать».

И вот сейчас он стоял, сунув руки в карманы белого халата и с ехидством смотрел на меня.

— Может, тебя выпнут наконец! А тут и повод есть! — протянул Макс, а я свирепо сдвинула брови.

— Знаешь, что? — наступила на него, заставив отшагнуть. — Иди ты в ж**у!

После чего развернулась и чеканным шагом направилась в деканат. Благо, что лекции проходили в главном корпусе, и здесь же располагалась администрация. Мне следовало просто подняться на второй этаж и решительно постучать в тяжелую деревянную дверь с надписью деканат лечебного факультета.

Ниже я обнаружила табличку с фамилией декана — Ярцев Алексей Юрьевич.

Вообще, деканов было положено два — один для младших курсов, второй для старших, так как потоки большие, но почему-то обе роли исполнял обычно один человек. До этого нового повелителя лечфака нами управлял старенький профессор Авербух Дмитрий Сергеевич, который несколько лет собирался уходить на пенсию. Видимо, пока я болела, он и ушел, освободив место преемнику.

Эх, чего вдруг я так забоялась? Не откусят же мне голову?

Приоткрыла дверь, заглянула в образовавшийся проем и вздохнула — секретаря декана на месте не было. Значит, надо самой будет в кабинет к нему стучаться. Ладно, и не в таких переделках бывали!

Тихонько проскользнула в приемную, мышкой шмыгнула к двери начальника факультета, постучала, услышала ответ «войдите» и распахнула дверь.

— Здравствуй… те, — пролепетала растерянно.

За большим столом в глубоком кожаном кресле темно-коричневого цвета сидел… Алекис. Он чуть вздернул левую бровь, слегка наклонил голову и сложил руки над клавиатурой ноутбука, хотя до этого что-то в нем, судя по всему, печатал, после чего обратился ко мне:

— Ковалевская?

Я кивнула и проглотила ком в горле.

— Присаживайтесь.

Я, словно сомнамбула, медленно подошла к стулу, отодвинула его и плюхнулась, не отрывая взгляд от декана.

— Вы так смотрите, будто привидение увидели, — нахмурился он, побарабанив пальцами по столу. — Я вас вызвал, чтобы поинтересоваться о дальнейших планах. Так понимаю, академический отпуск вы брать не планируете?

Я помотала головой.

— Нет! — божечки, какой отвратительный у меня голос! Тонкий и писклявый.

— Тогда вам потребуется индивидуальный график, — задумчиво скривил губы Алекис… Алексей Юрьевич. — На первых курсах очень важно освоить базовую программу, в дальнейшем это поможет вам стать отличным врачом. У вас сейчас идут достаточно сложные дисциплины, а до конца семестра осталось совсем немного. Успеете отработать?

Я кивнула. В других институтах не нужно было отрабатывать пропуски по болезни, в нашей же альма матер они считались просто по уважительной причине, в отличие от обычных прогулов. И их следовало точно также отрабатывать — то есть, выбирать время, договариваться с преподавателем, и приходить на отработку. Одна отработка — одна тема. А у меня их ого-го сколько пропущено.