Книга Главная роль актрисы-попаданки, страница 29 – Лара Барох

— Пойдем в дом. Там с платьем жена поможет и зашьет.

Поднявшись с колен, босой мужчина показал на дом напротив нас. Не тот, в котором лавка, а чуть ближе к окраине, откуда мы пришли.

— Пойдем, — я приняла его приглашение.

Мое платье действительно имело жалкий вид. Не на улице же приводить себя в порядок.

И снова шепоток прошел между людьми: «Чужую в дом позвал».

Пожалуй, они ничем не лучше моей Луши.

Подхватив Лизу за руку, я под шепотки зашагала в сторону, куда указывал мужик. Он обогнал меня и лично открыл дверь.

За дверью, уже под крышей, два шага — и ступени на крыльцо, а слева еще одна дверь, но уже в дом. Справа же ровными рядами лежат дрова, рядом с балки свисают аккуратно свернутые мотки разномастных веревок. В углу стоят лопаты, грабли, и все чистые, без единого комка земли. Образцовый порядок! Вот мне бы такой.

В доме простые деревянные стены, такие же полы, но все украшено домоткаными половиками. На окнах белоснежные, с вышивкой занавески. Помещение дома общее, но углы отделены шторами, от потолка до пола. И повсюду стерильная чистота. Полы, к примеру, выскоблены до бежевого цвета. Не то что почерневшие мои.

В красном углу — иконы. Но не такие, как у нас. Потемневшие от времени, с восьмиконечным крестом, многие с металлическими окладами.

— Чужая она.

Пока я разглядывала дом старообрядцев — когда еще такая возможность представится? — злобная баба успокоила спасенного мной ребенка, которого она не выпускала из рук, и стала шипеть на мужа.

— Пошла на свою половину. С тобой после разговор будет.

Даже мне не понравился тон, каким были брошены слова, и не хотелось думать, что ее ожидает.

— Дочерей позови, — кинул вдогонку ей мужчина. — Присаживайтесь. Вы мои гости, я обязан вам жизнью единственного сына, — пригласил он нас за стол.

— Я в грязи…

Лавки у стола накрыты половиками, ну как я на них сяду?

— То не переживай. Дочери сейчас принесут тебе одежду, помоют, раны обработают. Ты присаживайся.

И действительно, не успел он договорить, как появились шесть девочек. Старшей навскидку лет двенадцать, а самая младшая как Лиза.

— На стол накройте, — коротко приказал им Карп.

Как вовремя, пить хотелось безбожно. Но вот что странно. Карп сел напротив, и перед ним поставили добротную глиняную посуду, тарелки, кружки без единой щербинки, еще и с замысловатым рисунком. А перед нами — темную, старую и совершенно некрасивую. Разве так встречают дорогих гостей?

Девочки между тем выставили тарелки с пирогами, два кувшина и замерли, не делая попытки сесть за стол.

— Нагрейте воды помыться нашей спасительнице. Принесите полотенец, да одежду у матери новую возьмите.

— Может, просто мою выхлопать?

Не хотелось надевать одежду этой злой бабы.

— Дочери посмотрят, если можно выхлопать, так и сделают, а если нет или зашить не удастся…. Не побрезгуй.

И так он искренне не то чтобы сказал, а скорее попросил, что я сдалась.

— Видишь, как живем. Бог одних дочерей посылал, и наконец родили мы сына — Савву. Да не досмотрела Мавра за ним, и быть беде, кабы не ты. Как звать тебя?

— Анна Сергеевна Лисицына. У меня усадьба здесь неподалеку. А девочку зовут Лиза.

Я представила малявку, потому что она сидела тихо, словно истукан, только зыркала по сторонам, наблюдая за дочерьми Карпа.