Онлайн книга «Сентябрь»
|
— Вот она! Это потрясение было для Суад столь внезапным и сильным, что в затуманившейся голове застучало так, что казалось, сейчас она лишится чувств. Даже сидя, Суад едва держалась и дрожала, думая: «О Аллах, а если бы Сюрейя был здесь!» Вокруг продолжались разговоры, Хаджер смеялась, и сама она, кажется, даже что-то отвечала, но ощущала себя в этот момент совершенно безучастной, будто и сама жизнь, и слова, которые она произносила, принадлежали не ей. Все происходило будто за пеленой предобморочного состояния. «Значит… так значит… – стучало у нее в висках. – О Всевышний! Так это он взял перчатку!» Мысли путались, страх и какое-то странное счастье боролись в ней с такой неистовой силой, что она боялась не выдержать. Эти чувства переплелись воедино, и она уже не могла отличить одно от другого. Ее охватила такая изматывающая слабость, что оставалось лишь бежать, чтобы, оставшись в одиночестве, собраться с мыслями. Но уйти незаметно не удалось, и перед тем, как уйти, ее ждал новый удар: зашла речь о выздоровлении Неджиба, и он с улыбкой объявил, что переедет поближе к ним с Сюрейей – в Тарабью. Тут Сюрейя вдруг вспыхнул, заговорил резко и раздраженно, грозясь более не знать Неджиба, если тот не поселится в Йенимахалле. Суад же, дрожа, думала: «О Аллах, что же теперь будет?» И когда Неджиб наконец сдался, пробормотав: «Ладно», она почувствовала себя окончательно разбитой. Ей хотелось крикнуть Сюрейе: «Да что ты делаешь?!» Но видя его упорство, Суад хотела добавить: «Ты же меня губишь!» Но она лишь улыбнулась и, когда было решено пригласить Неджиба, прошептала себе: «Вот это и есть настоящая катастрофа». Значит, Неджиб вернется. После всего, что случилось, он снова войдет в их жизнь, и все пойдет по-прежнему! О, это было выше ее сил. Почему от нее всегда требовали невозможного? Почему никто не спрашивал, чего хочет она? Почему никого не интересовало, страдает ли ее сердце? За что ее так мучают? Для Суад это было подобно пробуждению от мучительного сна. Ситуация казалась столь невероятной, что она готова была принять все за ошибку – но видела все слишком ясно, чтобы сомневаться. Затем она начала вспоминать поведение Неджиба по отношению к себе, вникать в те его поступки, которые прежде казались лишенными смысла, и постепенно, к собственному изумлению, обнаружила в них скрытые знаки. Теперь молодая женщина понимала: его порывистые приближения, внезапные отстранения, тот особый взгляд, с которым он слушал ее, и то, как он истолковывал ее слова… А потом… Потом вспомнились те речи о браке, что он однажды завел при ней. Она будто снова слышала его голос: «Пусть будет такая, как вы!» – и теперь все осознала. «Значит, уже тогда… значит, уже столько времени…» – сдавленно прошептала Суад, схватившись за голову, и без видимой причины, лишь от нервного изнеможения, застонала: «О Аллах, помилуй!» Значит, он любил ее. Год, а может, и больше. Возможно, годы. И скрывал это. Та сдержанность, с которой Неджиб относился к ней, никогда не выдавая своих чувств, хоронил их в глубине души, – теперь наполняла ее благодарностью и уважением. Этот поступок казался ей столь благородным, чистым, возвышенным… Когда истина открылась, прежние сомнения, страхи и подозрения растаяли, как облака, неспособные затмить уверенность Суад. Главным для нее оставалось одно: «Он любит меня» – и от этого она чувствовала блаженство. |