Книга Развод. Я заберу твою жену, страница 60 – Анна Гром

Море? Он серьёзно?! Море, о котором я мечтаю уже семь лет? И о котором я только вчера думала? Мы, похоже, так сблизились, что стали читать мысли друг друга.

Я улыбнулась и подмигнула ему.

— Я проверю загранник, вроде было там еще парочка лет до замены.

Этим вечером мы с Валей в кои-то веки пересеклись у неё дома. Роман-Ромео улетел в Питер на очередной мастер-класс, а мы устроили девичник под песню Алексея Чумакова «Увезу тебя на море». Очень в тему оказалась песенка! Такая душевная!

— «Пожалуйста, позволь мне быть волшебником! Увезу тебя на море!» – подпевала Валентина, плохо попадая в ноты. Мы смеялись и пили фреши с капелькой джина для настроения. Составляли списки для отпуска, потому что я напрочь забыла, что там может понадобиться, а Валя летала часто, ей было чем поделиться со мной. Сплетничала и секретничали о мужчинах – мы с сестрой даже не сговариваясь, умудрились упасть в новые романы практически одновременно!

— Средства предохранения, моя дорогая, не забываем! – выпалила она, заставив меня густо покраснеть и снова провалиться в великовозрастную школьницу. Я как будто уже и забыла, как «это» делается.

— Ну Валь!

— У вас номер раздельные что-ли будут?!

— Не знаю я, – отмахнулась я от Валиных интимных тем. Кстати, хороший вопрос, но, думаю, узнаю по ходу пьесы. Тут мне не хотелось сильно заморачиваться, иначе начну волноваться. Пусть всё сложится само собой конкретно в этом вопросе.

Я позаимствовала один чемодан у Вали – оказалось, у неё была целая коллекция разных цветов и размеров. Туда я уместила несколько купальников, сарафаны, хлопковые костюмы с шортами и брюками. Всё это я успела заказать на маркеплейсах, потому что одежды для отпуска у меня и не было. Всё, что было, осталось в пользовании Лолы, да и оно уже было неактуально по моде. Я была только рада обновить гардероб.

Наш мини-девичник мы закончили фильмом «Отпуск по обмену» и прикорнули вместе на одном диване. Наутро Валя смеялась, что мы, как девяностолетние бабки задремали перед телевизором.

Перед поездкой я отправилась к папе, узнала, как он себя чувствует.

Его выписали, и он уже был дома. Отец рассказал, что спят они теперь в разных комнатах, и мать, периодически пересекаясь с ним на кухне, громко и печально сетовала, что посадки на даче уже, наверное, сгорели и этой осенью она не закроет запланированные тридцать банок огурцов. А отец не скрывал радости, что больше не придётся намывать эти злосчастные овощи, заворачивать крышки и тягать их в погреб, чем маму ужасно бесил. Но в целом, по его словам, после выписки скандалов она не закатывала и нервы ему не трепала. Отец признался, что ощутил силу и вдохновение, глядя на меня. На то, как я с каждым днём я научалась давать отпор и стоять за себя. И, наконец, ощутил, что тоже может позволить себе жить. Вопрос с разводом пока сошёл на нет, потому что мне, по его словам, удалось маму приструнить. Надолго ли её хватит, одному Богу известно.

Мама демонстративно не вышла ко мне из своей комнаты даже поздороваться. А я была только рада, что она не будет портить мне настроение перед отъездом. А то началось бы «куда ты поедешь, а я, а моё сердце, а ты нас бросаешь тут…» и так далее. Меня это, конечно, уже не расстроило бы, как в былые времена, была бы только досада и очередное усталое разочарование. Папе я сказала готовиться к санаторию по моему приезду. Как раз я подобрала подходящий, и по финансам я проходила, особенно учитывая, что Миша наотрез отказался взять меня в долю при оплате поездки в Китай.