Книга Развод. Я заберу твою жену, страница 57 – Анна Гром

— Олег сказал, что может позвонить тебе сегодня и пообщаться о твоём разводе.

— Так он согласился?!

— Конечно! У него на такое руки чешутся. Олегу несправедливость как красная тряпка быку.

В этот раз мы выбрали для обеда присную «Белугу». Ресторан, на который я, как жена, «не тянула». Теперь я входила в эти двери, как человек. И даже не второго сорта.

Мы заняли столик у окна.

Мимо нас пролетал неспокойный трафик улицы Моховой. Кремль и Русский музей были совсем близко, и там сновали толпы туристов. На контрасте суеты центра города наш столик был олицетворением маленького островка спокойствия и теплоты. Меню тут действительно было не бюджетное, но, раз Миша выбрал для нас это место, значит, может себе позволить и я этого достойна. Ну наглеть я всё равно не собираюсь и возьму бизнес-ланч.

— Мне вчера Лев звонил, – решила рассказать я.

Увидела, как у Миши слегка напряглось лицо. Мне показалось, как будто ревность у него всколыхнулась.

— Сказал, чтоб я приезжала подписывать какое-то мировое соглашение.

— Ничего не подписывай. Всё через Олега теперь.

— Естественно.

— И лучше бы вам не видеться до суда. Чтоб морально не давил. Пусть через адвоката с тобой общается.

Точно ревнует. Но в этом нет никакого резона. Волков для меня как муж уже не существовал.

— Я и не собираюсь, – успокоила я его.

— И вообще, Саш. Я тут подумал. На кой тебе в курмыши эти ездить? Ты по два часа только на дорогу будешь тратить. У меня квартира есть, пустая, новая, с ремонтом рядом с Бауманской, я её как актив покупал, но заниматься некогда было. Заселяйся, на тебе только коммуналка, мне за неё не надо ничего.

— Ну вот тут уж нет, Миша. Пусть и курмыши, но мои, мне так комфортнее, – и никто меня оттуда не выгонит, и пусть я дую на воду, обжегшись на молоке. Мне так спокойнее. Во всяком случае, пока.

Про коммуналку Миша сказал, чтобы я не чувствовала себя нахлебницей. Я более чем уверена, он бы и её мне оплачивал, если бы я позволила. Но я пока поживу в своих одинцовских «курмышах». Не хочу торопить события.

— Как скажешь, Саша. Но имей в виду.

— Я теперь буду иметь в виду, Миш. Честно.

Мы уставились друг на друга и улыбнулись, не сговариваясь. Наше взаимное притяжение только росло, и росло оно равномерно, легко и просто. Никто ничего не форсировал, позволяя жизни идти своим чередом. Я радовалась каждому дню, каждому моменту своей жизни и каждому этапу наших с Мишей взаимоотношений, которые шли даже слишком гладко, чтобы быть правдой. Но это я опять на воду дую.

Засмотревшись друг на друга, мы не сразу заметили, как чья-то фигура со стороны улицы приблизилась к панорамному окну у нашего столика. Я лишь увидела движение и тень, потом повернула голову.

Возле «Белуги», прямо напротив нас, по ту сторону стекла стоял Лев Волков собственной персоной.

Почему-то в этот раз без своей Лалочки.

Мы переглянулись с Мишей. Я заметила, как изменилось его лицо. Он разозлился. Ноздри раздулись, как у быка на корриде, и взгляд его цепко следил за передвижениями Волкова – дверь в ресторан располагалась у меня за спиной, и, судя по взгляду Миши, Лев направился именно к ней.

Звякнул колокольчик, послышались шаги и любезное бормотание администраторши, которое Лев проигнорировал.

— Вот так встреча. Ну, Шумский, ты и фирму у меня увёл и жену теперь?