Книга Огненный крест, страница 629 – Диана Гэблдон

Я вполне могла поверить в безжалостный поступок Иокасты, которая оставила доктора лежать на полу, вместо того чтобы убрать его в свой нетронутый гроб… И все же какой бы ничтожной ни была вероятность того, что тело обнаружат, в результате этого поступка она серьезно возрастала.

Гроб Иокасты никто не стал бы вскрывать, пока не настанет время ее хоронить, и тело доктора Роулингса лежало бы себе там спокойно, даже если бы в гробницу кто-то зашел. Иокаста Кэмерон была эгоистична, но вовсе не глупа.

— Раз так, то клади туда Вульфа, — сказала она. — Пусть лежит вместе с ним на полу.

— Почему бы не положить его в гроб, тетушка? — спросил Джейми, пристально глядя на нее.

— Нет! — В свете факела было видно, как ярость исказила ее слепой взгляд. — Пусть эти отбросы гниют на полу!

Джейми внимательно посмотрел на Иокасту, молча повернулся к гробнице и начал двигать выбитые блоки.

— Что ты делаешь? — Услышав скрежет мрамора, Иокаста снова встревожилась. Стоя на дорожке, она развернулась, но потеряла ориентацию и уставилась на реку. Видимо, она полностью ослепла, если не различает даже свет факела.

Впрочем, в тот момент я не могла уделить ей внимания. Джейми протиснулся сквозь дыру в плитах и оказался внутри.

— Посвети мне, саксоночка, — тихо сказал он, и его голос эхом отразился от стен небольшого каменного помещения.

Не делая глубоких вдохов, я последовала за ним. Федра застонала в темноте снаружи, точно банши, — дух, предвещающий своими воплями смерть, только в этой гробнице все давно были мертвы.

Медные таблички на гробах немного позеленели от сырости, но надписи все равно легко читались. На одной «Гектор Александр Роберт Кэмерон», на другой — «Иокаста Изобейл Маккензи Кэмерон». Не раздумывая, Джейми взялся за края крышки гроба Иокасты и поднял ее.

Гроб не был забит, и крышка, пусть и тяжелая, сразу сдвинулась.

— Надо же, — тихо сказал Джейми, глядя в гроб.

В какой сырости его ни храни, золото никогда не потускнеет. Оно столетиями пролежит на дне моря и, когда однажды его выловит своей сетью какой-нибудь рыбак, будет блестеть, как свежевыплавленное. Тысячи лет золото своим блеском, точно песнью сирены, завлекает людей.

Слитки неплотным слоем покрывали дно гроба. Хватит на два небольших сундука, каждый из которых смогли бы унести только двое мужчин либо мужчина и сильная женщина. На каждом слитке маркировка в виде лилии. Треть французского золота.

Золото сверкало так ярко, что я отвела взгляд, и перед глазами при таком освещении все расплывалось. Пол оставался в темноте, однако очертания тела на бледном мраморе все равно были различимы. «Совал свой нос куда не надо». Что же увидел Дэниел Роулингс, если потом нарисовал лилию на полях своего журнала и осторожно подписал слово «Aurum»?

Значит, Гектор Кэмерон тогда был жив. Гробницу еще не закрыли на замок. Может, доктор Роулингс следил за бродящим среди ночи пациентом, а Гектор, отправившись проверить свои запасы, привел его сюда, сам того не предполагая? Вполне вероятно. Но теперь ни Гектор Кэмерон, ни Дэниел Роулингс не расскажут нам, как и что именно здесь произошло.

К горлу поднялся комок: ведь человек, чьи кости лежали у моих ног, был для меня другом и коллегой — это его инструменты достались мне, это он невидимой тенью стоял позади меня, подбадривая и успокаивая, когда я старалась вылечить больных.