Книга Огненный крест, страница 536 – Диана Гэблдон

— Ты думал, что умираешь, когда мы перенесли тебя сюда? — не осуждающе, а скорее растерянно спросила я.

Джейми ответил не сразу, подыскивая нужные слова:

— Я не знал точно. Мне было очень плохо… И сейчас не знаю. Но не волнуйся. Свой выбор я уже сделал.

— И что ты хочешь этим сказать?

Я засунула руку под одеяло и нащупала его запястье. Оно было теплым, даже горячим, и пульс бился слишком быстро и неравномерно. Однако я не ощутила смертельного холода прошлой ночи, и у меня отлегло от сердца.

Пару раз Джейми глубоко вдохнул, затем повернул голову и посмотрел на меня.

— Что я мог умереть прошлой ночью.

Конечно, мог, но он не это имел в виду. Он говорил так, словно был уверен…

— Ты сказал, что сделал выбор. Все-таки решил не умирать?

Я пыталась говорить спокойно, но получалось не очень хорошо. Я не могла забыть окружавшую нас лишенную времени тишину.

— Это было так странно, — удивленно произнес он. — И в то же время совсем не странно.

— Просто расскажи, что случилось, — сказала я, держа руку на его пульсе.

Улыбка промелькнула в его глазах, не затронув сухие потрескавшиеся губы. Я прикоснулась к ним пальцем и собралась было принести воды или чая, а потом все-таки решила остаться и дослушать.

— Я не знаю… вернее, не представляю, как выразить словами…

Его глаза в утреннем свете казались пронзительно-синими. Он смотрел на меня с таким интересом, словно видел в первый раз.

— Саксоночка, какая ты красивая! Очень красивая, mo chridhe^[96].

Мои руки были покрыты бледно-синими пятнами краски и недомытыми потеками бизоньей крови, растрепанные волосы прилипли к шее, я источала запахи краски и пота — а он смотрел на меня с таким видом, словно любовался чарующей полной луной в летнюю ночь.

— Мне и правда было очень плохо, когда Арч и Роджер тащили меня наверх. Сердцебиение отдавалось в ноге и голове, и я прислушивался к тишине между ударами — ты не поверишь, сколько времени проходит между ними.

Он надеялся, что следующего не будет. И постепенно осознал, что сердце замедляет бег, а боль уходит, покидая тело.

И вдруг рассудок прояснился.

— Я не знаю, что это было, саксоночка. — Взволнованный рассказом, Джейми сжимал мою руку. — Я… увидел.

— Что увидел?

Я уже поняла, что именно он не мог описать словами. Я работала врачом, я помню, как умирающие смотрели вдаль широко открытыми глазами, словно видели там что-то.

Он замялся, пытаясь подобрать слова, и я поспешила ему помочь.

— В той больнице, где я работала, умерла пожилая женщина. Взрослые дети были рядом с ней. — Опустив взгляд, а посмотрела на красные распухшие пальцы, сплетенные с моими, покрытыми пятнами краски и потеками крови. — Она умерла, точно. Сердце остановилось, и она не дышала. Дети стояли рядом с кроватью и плакали. Вдруг женщина открыла глаза. Потом тихо и восторженно произнесла «Ооо!», словно маленькая девочка, увидевшая нечто чудесное, и ее веки вновь опустились.

Я заморгала, чтобы прогнать навернувшиеся слезы.

— Ты тоже… видел?

Джейми безмолвно кивнул и сжал мою руку.

— Да.

Он словно висел в каком-то странном месте, которое не мог описать, чувствуя покой и умиротворение.

— Прямо передо мной было что-то похожее на дверь, хотя скорее не дверь, а коридор. Я мог пойти туда, если бы захотел. И я хотел… — признался Джейми, украдкой взглянув на меня и стыдливо улыбнувшись.