Книга Огненный крест, страница 487 – Диана Гэблдон

Повязку сняли, и Роджер заморгал, щурясь от внезапного обилия света, хоть и приглушенного. Они стояли в ложбине, наполовину окутанной сумерками. Небо над горами пылало багрово-оранжевым, в воздухе светилась легкая дымка, словно еще горела сама земля. Тучи над головой чуть разошлись, и в прореху сияла долька чистого неба, яркого от звезд.

У Роджера было достаточно времени, чтобы обдумать ситуацию. Рассказать правду или сделать вид, что он ничего не знает? А вдруг она захочет забрать ребенка? Чем это обернется — для девочки, для рабов и даже для Джейми и Клэр?

Никто из них и словом не обмолвился о событиях, произошедших на ферме, кроме сухого факта: Бердсли умер от апоплексии. Однако Роджер достаточно знал обоих, чтобы сделать молчаливый вывод на основе встревоженного лица Клэр и невозмутимого — Джейми. Он был не в курсе, что случилось на самом деле, но Фанни знала — и, вполне возможно, Фрейзеры предпочли бы не вытаскивать эту историю на свет божий. Если миссис Бердсли появится в Браунсвилле, неминуемо возникнут вопросы — и ответы вряд ли пойдут кому-то на пользу.

Пылающее небо омыло лицо женщины огнем и высветило такую боль в глазах, что он не смог лгать.

— Твоя дочь… жива и здорова, — начал Роджер решительно. Фанни издала странный горловой звук. К концу рассказа по ее щекам катились слезы, оставляя дорожки в слое сажи и пыли, но она не отводила глаз, боясь пропустить малейшее слово.

Мужчина стоял поодаль, держась настороже. Его внимание было сосредоточено главным образом на женщине, хотя периодически он бросал на Роджера подозрительные взгляды. Под конец он встал рядом, и единственный глаз заблестел не хуже, чем у нее.

— Она есть денги? — В голосе слышалась индийская напевность, да и кожа цвета темного меда выдавала происхождение. Он был бы даже красив, если бы не несчастный случай, лишивший его глаза, на месте которого зияла синевато-багровая глазница под нависающим искривленным веком.

— Да, она унаследовала… все имущество… Аарона Бердсли. — Роджер устал говорить, и каждое слово царапало наждаком. — Мистер Фрейзер позаботился об этом. — Они с Джейми ходили на слушание опекунского совета — тот должен был установить ее личность. Опекунство над ребенком (и ее имуществом) получили Ричард Браун с женой. Девочку назвали Алисией; трудно сказать, какие чувства ими двигали — тоска или злость.

— Черная? — Единственный глаз раба метнулся в сторону Фанни Бердсли и скользнул прочь. Миссис Бердсли уловила в его голосе нотку неуверенности и напружинилась, как змея, готовая к прыжку.

— Она твоя! Ты отец!

— Ага, ты сказать, — парировал он, и лицо его помрачнело. — Дали денги черная?

Она беззвучно топнула ногой и отвесила ему пощечину. Он выпрямился и отвернулся, но не сделал попыток отойти.

— Неужели ты думаешь, я бы оштавила ее, будь она белой? — выкрикнула Фанни и замолотила кулаками по его груди. — Это ты виноват, что мне пришлош ее брошить! Вше ты и твое чертово убежище, чтоб тебя…

Роджеру пришлось вмешаться. Схватив мелькающие запястья, он крепко сжал их и удерживал, пока женщина не охрипла от визга и не разразилась наконец слезами.

Раб, наблюдавший эту сцену со смешанным выражением гнева и стыда, чуть протянул руки в ее сторону. Жест был едва заметный, но этого хватило: она тут же вырвалась от Роджера и кинулась любовнику на грудь, рыдая и всхлипывая. Он неловко обнял ее и прижал к себе, чуть покачиваясь на пятках; его злость уже прошла.