Книга Написано кровью моего сердца, страница 108 – Диана Гэблдон

— Он выглядел так, будто готов сигануть с крыши вниз головой, — тихо добавила я, глядя на сложенные руки. И снова вздохнула.

— В руке он держал еще одну бутылку. Поставил на столик рядом со мной, посмотрел и сказал: «Одному мне его сегодня не оплакать».

От этих слов меня снова пробило дрожью.

— И?..

— И то, — огрызнулась я. — Я велела ему сесть, он послушался, налил нам бренди, и мы выпили. Не помню даже, о чем мы говорили, но, кажется, о тебе. Потом он встал, и я тоже. Я не могла оставаться одна, и его нельзя было оставлять… поэтому я на него накинулась. В тот момент мне было просто необходимо, чтобы меня хоть кто-то обнял!

— И он этим воспользовался, как вижу.

Джейми произнес это до того цинично, что в лицо мне бросилась краска, но не стыда, а ярости.

— Он тебя принудил?

Я молча вытаращила глаза. Он что, серьезно?

— До чего же ты скотина! — прошипела я в изумлении. И тут в голову запоздало пришла одна жуткая мысль. — Ты сказал, он предложил себя убить… Неужели ты и правда?..

Джейми твердо выдержал мой взгляд.

— Ты бы огорчилась? — тихо спросил он.

— Да, еще как! — Я собралась с остатками духа. — Но я уверена, что ты его не убил.

— Нет. Не уверена, — еще тише отозвался он.

И я, хоть и понимала, что он блефует, ощутила ледяные мурашки по всему телу.

— Согласись, у меня имелось на то полное право.

— Нет. — Холод сменился кипящей яростью. — Не было у тебя никаких прав. Ты, черт возьми, умер!

Несмотря на злость, голос на последнем слове дрогнул, и Джейми вмиг переменился в лице.

— Что?! Хочешь сказать, это не важно? — кипела я.

— Нет. — Он взял меня за перемазанную грязью руку. — Просто я не знал, что это настолько важно.

Голос у него вдруг сел, и я, повернувшись, увидела на его глазах слезы. Издав бессвязный звук, я бросилась ему на грудь и громко зарыдала.

Он крепко обнял меня, обжигая дыханием макушку, а когда я наконец успокоилась, отстранился и обхватил мое лицо руками.

— Саксоночка, я полюбил тебя с первого мгновения, — очень тихо сказал Джейми, не спуская с меня взгляда: усталого, налитого кровью, но пронзительно-синего. — И буду любить всегда. Можешь хоть со всей британской армией переспать, не важно… Хотя нет, — поправился он. — Еще как важно, но я все равно любить тебя не перестану.

— Я этого не хотела.

Я шмыгнула носом, и Джейми подал платок: весьма потрепанный, с кривоватой «П», вышитой в уголке синими нитями. Не представляю даже, где он раздобыл такую вещицу.

Однако спрашивать не стала: сейчас нам обоим не до того.

Скамья была не слишком длинной, и мы почти касались коленями. Однако Джейми меня больше не обнимал. Сердце тревожно застучало. В любви он признавался всерьез, но это еще не значит, что наши разногласия решены.

— Мне показалось, Грей признался лишь потому, что был уверен: если не он, тогда все расскажешь ты, — осторожно начал Джейми.

— Так и есть. — Я высморкалась. — Только сперва дождалась бы, пока ты вымоешься и поешь. Насколько знаю мужчин, на сытый желудок вы настроены более благодушно. Ты когда последний раз ел?

— Нынче утром. Сосиски. И не пытайся сменить тему.

Голос звучал ровно, но в нем чувствовалось клокотание, будто в кастрюльке закипающего молока. Еще чуть-чуть — и оно вспенится, вулканом извергаясь на плиту.

— Я все понимаю, но хочу знать… должен знать, что между вами было?