Хотя прошлой зимой вторжение не увенчалось успехом, люди полковника Арнольда твердо вознамерились перекрыть сэру Гаю подступы к озерам и потому, отступая, сожгли или потопили все корабли у форта Сен-Жан, а также подожгли лесопилку и саму крепость.
Тогда сэр Гай отправил официальное прошение, чтобы из Англии прислали разборные корабли (вот бы на них посмотреть!), и, получив десять штук, отправился в форт Сент-Джон, чтобы лично наблюдать за их сборкой в верховьях реки Ришелье. Тем временем полковник Арнольд (похоже, на удивление предприимчивый и трудолюбивый человек, если половина того, что я о нем слышал, правда) отчаянно строил свою собственную флотилию из разбитых галер и покореженных шлюпов.
Не удовольствовавшись своими собранными диковинами, сэр Гай вдобавок получил «Неутомимый» — фрегат водоизмещением около 180 тонн, который в разобранном виде перевезли к реке и там заново собрали. Мои информаторы немного поспорили о том, сколько на нем пушек, но после второй бутылки монастырского кларета (который делают сами монашки и, судя по оттенку носа священника, немало здесь употребляют), сошлись на том, что их «чертовски много, приятель», что и стало окончательным количеством, ведь все можно списать на ошибку в переводе.
Полковник Арнольд, видимо, решил, что дальнейшее ожидание приведет к потере тех преимуществ, которые могла принести ему инициатива, и 30 сентября отплыл из своего укрытия на острове Валькур. Согласно донесениям, его флотилия состояла из пятнадцати кораблей, и это против двадцати пяти у сэра Гая. Ко всему прочему, суденышки Арнольда были построены на скорую руку, непригодны для плавания, укомплектованы полными профанами в морском деле, которые не отличали нактоуза от натоптыша, — да уж, американский флот во всей красе!
И все же я не должен насмехаться. Чем больше я слышу о полковнике Арнольде (а о нем довольно много говорят здесь, в Квебеке), тем больше думаю, что он, похоже, джентльмен, которому присущи характер и упорство, как сказал бы дедушка сэр Джордж. Хотел бы я когда-нибудь познакомиться с Арнольдом!
Снаружи доносится пение: французские канадцы направляются в собор неподалеку. Музыка незнакомая и слишком далеко, чтобы разобрать слова, но из моего орлиного гнезда видны пылающие факелы. Колокола говорят, что уже десять часов.
Кстати, матушка настоятельница — ее зовут сестра Иммакулята — сказала, что она тебя знает… Почему-то меня это не удивляет. Я сообщил ей, что ты знаком с архиепископом Кентерберийским и с римским папой, что произвело на нее сильное впечатление. Сестра Иммакулята просила тебя передать ее скромное почтение его Святейшеству, когда увидишься с ним в следующий раз. Она любезно пригласила меня на обед и рассказывала истории о взятии крепости в пятьдесят девятом и о том, как ты расквартировал в монастыре горцев из хайлендского полка. Сказала, что все сестры были шокированы их голыми ногами и потому потребовали конфискованный холст, чтобы сшить для горцев штаны. Моя униформа заметно поизносилась за последние недели путешествия, но я рад сообщить, что по-прежнему прилично прикрыт ниже талии. Не сомневаюсь, что матушка настоятельница тоже этому рада.
Но возвращаюсь к рассказу о сражении: флотилия сэра Гая поплыла на юг, намереваясь вернуть под свой контроль Краун-Пойнт, а затем — Тикондерогу. Но стоило им миновать остров Валькур, как на них напали два корабля Арнольда, вызывая на бой выстрелами. Потом эти суда попытались отступить, но один («Королевский Дикарь», как мне сказали) не сумел совладать со встречным ветром и наскочил на мель. Нескольким британским канонерским лодкам удалось подобраться к нему и захватить часть экипажа, но под шквальным огнем американцев они были вынуждены отойти, хотя и успели попутно поджечь «Королевского Дикаря».
Затем в проливе начались большие маневры, и только к полудню разгорелось настоящее сражение. Главный удар приняли на себя «Карлтон» и «Несгибаемый», они же и атаковали вместе с канонерскими лодками. Корабли Арнольда «Месть» и «Филадельфия» были сильно повреждены бортовым залпом, и к вечеру «Филадельфия» затонула.
«Карлтон» продолжал палить из пушек, пока удачный выстрел американцев не перебил ему якорную цепь. Корабль медленно поплыл, подвергшись шквальному огню, и многие члены команды были убиты или ранены, включая капитана судна, лейтенанта Джеймса Дакрса — я смутно помню, что встречался с ним, вероятно, на балу в прошлом сезоне, — и старших офицеров. Один из младших офицеров принял команду на себя и отвел «Карлтон» в безопасное место. Говорят, это был Эдвард Пеллью… Я пару раз встречал его в клубе «Будлз», когда ходил туда с дядей Гарри.
Однако продолжим: еще один удачный выстрел попал в пороховой трюм канонерской лодки, и та взорвалась. Но тем временем в игру наконец ввели «Несгибаемый»: он-то и разбил американские суда огнем тяжелой артиллерии. А между тем один из меньших кораблей сэра Гая высадил индейцев на берег озера и на остров Валькур, отрезая тем самым все наземные пути к отступлению, вследствие чего остатки флотилии Арнольда были вынуждены уходить по воде.
Ночь была туманной, и им удалось проскользнуть мимо сэра Гая, найдя убежище на острове Шуйлер несколькими милями южнее. Однако суда сэра Гая преследовали их и догнали уже на следующий день, потому что продвижение кораблей Арнольда сильно замедлилось из-за протечек и повреждений, да и погода обернулась дождем со шквальным ветром. «Вашингтон» окружили и атаковали, ему пришлось спустить флаг, а его команду из более чем сотни человек взяли в плен. Но оставшимся судам Арнольда удалось пройти до залива Баттон, где, как я понял, было слишком мелко, чтобы корабли сэра Гая могли их преследовать.
Там Арнольд вытащил на берег, разобрал и сжег большую часть своего флота… Флаги кораблей все еще развевались в знак неповиновения — так рассказывали немцы, которых это удивило и восхитило. Полковник Арнольд (или мы теперь должны называть его адмирал Арнольд?) лично поджег свой флагманский корабль «Конгресс», а сам отправился по суше, едва убежав от индейцев, которых послали, чтобы ему помешать. Его войска добрались до Краун-Пойнта, но долго не задержались, остановившись лишь затем, чтобы разрушить крепость, а потом направились в Тикондерогу.
Сэр Гай не увел своих пленников в Квебек, а вернул их в Тикондерогу под белым флагом — этот весьма красивый жест очень восхитил моих собеседников.
