Книга Эхо прошлого, страница 148 – Диана Гэблдон

Фергуса отличало костистое лицо: подбородок настолько острый, что казалось, он мог разрезать бумагу, выдающийся клювообразный нос, глубокие глазницы под высоким лбом. В откинутых с этого лба густых темных волосах серебрилась седина, и Джейми вдруг ощутил какое-то странное чувство. В его душе образ Фергуса не менялся: десятилетний сирота-карманник, которого он спас из парижского борделя, и этот образ никак не соотносился с красивым худощавым лицом мужчины перед ним.

— Нет, — покачал головой Фергус, снова усаживаясь на лавку. — Я его никогда не видел.

В глубоко посаженных темных глазах Фергуса вспыхнуло любопытство и подозрение.

— И в городе его никто не знает. Хотя я слышал, что он спрашивал о Клоделе Фрэзере в Галифаксе и Эдентоне.

Ноздри Фергуса возбужденно раздулись: Клоделем его назвали при рождении, другого имени у него не было, хотя Джейми сомневался, что кто-нибудь называл его так вне Парижа или в последние тридцать лет.

Джейми хотел было спросить, не выдал ли себя Фергус, когда расспрашивал людей о Бичеме, но передумал и просто допил пиво. Фергус не стал бы удачливым печатником в это тяжелое время, не будь он осторожным.

— Он тебе никого не напоминает? — спросил Джейми.

Фергус бросил на него удивленный взгляд, но снова вытянул шею, потом покачал головой и сел на место.

— Нет, а должен?

— Не думаю, — ответил Джейми.

Он и правда так не думал, но был рад, что Фергус подтвердил его мысли.

Клэр предположила, что Бичем мог оказаться в родстве с ней, возможно, ее прямым предком. Она старалась говорить как бы между прочим, сама отвергла эту идею, даже не высказав до конца, но Джейми заметил в ее глазах воодушевление, тронувшее его. В свое время у Клэр не осталось близких родственников, что казалось Джейми ужасным, хотя он и понимал, что, будь по-другому, возможно, она бы не была так сильно привязана к нему.

С этой мыслью Джейми пристально вглядывался в лицо Бичема, но не заметил ничего, что напоминало бы Клэр, не говоря уже о Фергусе. Джейми подумал, что самому Фергусу вряд ли придет в голову мысль о возможном родстве с Бичемом. Он был абсолютно уверен: Фергус относится к Фрэзерам из Лаллиброха как к своей единственной семье, не считая Марсали и детей, которых любит всем пылким сердцем.

Теперь Бичем прощался: он поклонился Нортропу с истинно парижским шиком и изящно помахал шелковым платочком. Как удачно, подумал Джейми, что этот тип вышел из склада прямо перед ними. Они с Фергусом собирались отыскать Бичема позже и как следует к нему приглядеться, но его своевременное появление избавило их от дальнейших забот.

— Хороший корабль, — заметил Фергус, переключая внимание на яхту «Охотница». Он задумчиво посмотрел на Джейми. — Ты уверен, что не хочешь напроситься пассажиром к мистеру Бичему?

— Уверен, — сухо ответил Джейми. — Отдать себя и жену во власть совершенно постороннего человека, чьи мотивы весьма подозрительны, да к тому же на крошечной лодчонке посреди бескрайнего моря? Даже человека, который не страдает от морской болезни, подобная перспектива приведет в ужас.

Фергус широко улыбнулся.

— Миледи снова собирается воткнуть в тебя добрый десяток иголок?

— Да, — довольно сердито буркнул Джейми.

Он ненавидел, когда в него втыкали иголки, ему претило появляться в таком виде на людях — ощетинившись иголками, словно заморский дикобраз, — пусть даже и в ограниченном пространстве корабля. Но Джейми прекрасно понимал, что в противном случае его всю дорогу будет выворачивать наизнанку, и потому терпел.