Книга Дыхание снега и пепла, страница 700 – Диана Гэблдон

Над головой по палубе кто-то ходил. С запозданием она поняла, что разбудил ее не сын, а тот, кто лежал рядом.

— Не уходи, — прошептал он. Пальцы Боннета больно впивались ей в руку.

Не в силах высвободиться из захвата, Брианна оттолкнула его свободной рукой. Удивительно. Он был в холодном поту.

— Что с тобой? — Она безотчетно нагнулась к пирату, потрогала лоб, разгладила волосы. Точно так она утешала ребенка. Ей хотелось убрать руку, но разбуженный материнский инстинкт нельзя было успокоить, как нельзя остановить молоко, брызнувшее из груди при детском крике.

— Что случилось?

Боннет перекатился поближе, вжал голову ей в колени.

— Не уходи, — повторил он и как будто всхлипнул. Брианна никогда не слышала у него такого голоса.

— Я здесь. — В запястье пульсировала боль. Брианна погладила его свободной рукой. Может, отпустит, если поймет, что она его не покинет.

Он и в самом деле выпустил ее руку, зато ухватил за талию и принудил лечь рядом. Брианна повиновалась — выбора не было. Они лежали безмолвно. Дыхание Боннета обжигало ей шею.

Наконец он выпустил ее из вынужденного объятия и со вздохом откинулся на спину. Она осторожно отодвинулась. Через окно, выходившее на корму, в каюту падал серебряный лунный свет. На лбу и на скулах пирата лежали блики.

— Дурной сон? — спросила Брианна. Вопрос неожиданно прозвучал не саркастично, как она хотела, а почти нежно. У нее самой сердце еще стучало чаще из-за резкого пробуждения.

— Да, — вздохнул Боннет. — Постоянно снится один и тот же кошмар. И я не могу проснуться, пока надо мной не сомкнется вода. Такая вот чушь.

Он совсем по-детски утер нос рукавом.

— Вот как, — протянула Брианна. Ей не хотелось расспрашивать дальше, не хотелось продлевать внезапно возникшую близость.

— Он снится мне с самого детства. Что я тону. — Обычно грубый, уверенный, голос Боннета чуть дрожал. — Море идет на меня, а я не могу шевельнуть и пальцем. Прилив поднимается все выше, а я лежу, не в силах шелохнуться. Знаю, что мне конец, — и ничего не могу поделать.

Его пальцы судорожно вцепились в простыню.

— Вода серая, грязная, в ней плавает мусор. Враги ждут, когда море сделает свое дело, а потом расходятся по делам.

В его голосе звучал неподдельный страх. Брианна разрывалась между желанием отодвинуться к краю и потребностью утешать и успокаивать.

— Это просто сон, — сказала она наконец, глядя в палубные доски над головой. Если бы и это тоже был сон!

— Нет, — прошептал Боннет еле слышно. — Нет, меня зовет само море, слышишь?

Он перекатился на бок и крепко прижал ее к себе. Брианна охнула, с ужасом почувствовав, что в нее уперся Леруа, и замерла. Из-за пережитого страха Боннет мог легко забыть о зароке не спать с беременными…

— Шшш, — прошипела она и уложила его голову себе на плечо. — Тише, тише. Это всего-навсего дурной сон. Все будет хорошо. Они тебя не тронут, я не позволю. Тише.

Она гладила его по спине, закрыв глаза и представляя себе Джемми. Они вдвоем в комнате, там неярко горит камин, маленький Джемми свернулся в ее объятиях, он пахнет детством, у него такие мягкие волосы…

— Ты не утонешь, я обещаю. Я никому не дам тебя в обиду.

Она твердила это снова и снова. Постепенно дыхание Боннета успокоилось, хватка ослабла. Пират уснул. Брианна еще долго бормотала успокаивающие слова, которые поглощала вода, что плескалась за бортом. Она обращалась не к мужчине, лежавшему рядом, а к маленькому мальчику.