Книга Путешественница, страница 538 – Диана Гэблдон

Кстати, о губернаторе. С чего бы он так странно отреагировал на мое имя? Видел же он меня раньше, да и Леонард, думаю, рассказал обо мне достаточно многое. Я не могла взять в толк. Узнал же он меня? Узнал, пусть я уже не в рванье и растрепанная, а несу на голове прическу и дюжину заколок с бриллиантами, и лицо мое не в разводах грязи, а в пудре миссис Макивер. Странно.

Я еще раз погляделась в зеркало, хлопнула глазами, подражая кумушкам из салона, поправила волосы, пряча их под заколки, и вернулась в залу.

За время представлений, приветствий, танцев и прочей суеты я ничего не могла поесть и теперь направлялась к столу с закусками. Кроме изысканных вин и сыров там были пирожные, печенья, конфеты, рулеты и, разумеется, фрукты. Их-то я набрала себе на тарелку и повернулась было, чтобы идти, когда столкнулась с мужчиной, одетым в черное. Заизвинявшись при виде пятнышка от манго на костюме незнакомца — мужчина отступил на шаг, — я подняла глаза. Незнакомец оказался преподобным Арчибальдом Кэмпбеллом.

— Преподобный… Какой сюрприз… — пролепетала я.

— У вас все в порядке, миссис Малкольм? — как мне показалось, с подозрением глядя мне в декольте, спросил он.

— Спасибо, вашими молитвами.

Вот это номер: пастор думает, что меня зовут миссис Малкольм, а меня представляли сегодня как мадам Александр, а о Джейми он и не слыхивал. Только бы те, кто знает меня как жену торговца сахаром, не оказались рядом!

— Я слышала о том, что случилось с вашей сестрой, это правда? Она не давала о себе знать каким-либо образом? — я попыталась перевести разговор на интересующую его тему, прежде чем он начнет расспрашивать о моих делах.

Мистер Кэмпбелл чопорно кивнул.

— К сожалению, нет, а мои поисковые возможности очень малы. Один из моих прихожан любезно согласился представить меня губернатору, чтобы я изложил ему свое дело и попросил помощи. Поверьте, миссис Малкольм, никакое событие меньшей важности не привело бы меня… сюда.

Пастор считал события, происходящие вокруг него, и самое место греховными, и с этим трудно было не согласиться: члены светского общества пускались на любые ужимки ради достижения своих целей, например, рядом с нами находилась компания из трех молодых людей, отчаянно пытавшихся завоевать внимание молодых леди дешевыми остротами, а те сочувственно улыбались, оказывая им собственные знаки внимания.

— Преподобный, если бы я только могла как-то поспособствовать…

Ну и чем я отличалась от означенных молодых людей? Желая увести пастора от стола, я рассыпалась в любезностях, ничуть не собираясь помогать его сестре. Разумеется, во мне говорил и врач, ведь я пользовала ее, пусть и в течение получаса. Правду говоря, я не была психиатром и никак бы не смогла спасти ее, но все же пользовала.

— Нет, здесь нельзя ничем помочь! — возопил Кэмпбелл, зло взглянув на меня. — Это все проклятые паписты Стюарты и буйные горцы: одни хотели неправедно взойти на трон, другие пошли за ними и чуть не привели бандитов к власти. Но терпение Господне не безгранично, Он все видит и уже покарал Стюартов, а после уничтожит и того негодника Фрэзера. Тогда-то сестра исцелится.

— Кого, простите? Кто этот негодник?

Кэмпбелл не знал Джейми лично, но мог бы обратить внимание на подозрительно высокого француза. Нужно было срочно удостовериться, что Джейми нет рядом, и, к счастью, так и было.