Книга «Я пригласить хочу на танец Вас…», страница 29 – Галина Воскресенская

Мысли Ленхатепа опять вернулись в прошлое, в те дни, когда он любил и был любим. С каждым годом мысль о том, что он упустил своё счастье, терзала мужчину всё сильнее, ведь больше он любви не имел… Почти сразу наступило разочарование от совершённого брака, затем оно усилилось, благодаря «золотому» характеру его истеричной жёнушки, детей, на появление которых он так надеялся, Любият ему не подарила, да и ни одна наложница от него не понесла… И родители, как понял Ленхатеп с годами, не столько любили его – человека, находившего душевную гармонию в музыке, интерес – в науках, сколько холили его с детских лет в надежде, что ИХ сын станет великим сановником, правой рукой фараона, гордостью страны. То есть и они его, в принципе, не любили. А без любви жить немыслимо тяжело!

Да, думы о родителях были для Ленхатепа так же болезненны, как и об утраченной Найфел, которую он предал, подчинившись приказам вельможного отца и строгой матери. А теперь их больше нет. В один день свершилось какое-то страшное возмездие, и страшная смерть настигла и Осиристепа, и Изиду. Кто же совершил подобное? Кто посмел?! И Ленхатеп стал расспрашивать и слуг, и рабов о том, как погибли его родители, что именно произошло.

И ему рассказали о незнакомой красавице, которую лишь мельком кто-то видел во дворце. Едва она появилась, как Осиристеп приказал всем покинуть его часть дворца и не беспокоить его и гостью не менее двух часов, и никто не решился нарушить запрет господина. Только Исизида, которая НИКОГДА не принимала на свой счёт какие-либо запреты со стороны супруга, посмела войти в его покои. И тоже нашла там смерть. Жуткую, жестокую. А искать незнакомку, которая скрылась, будто накрытая волшебной пеленой, было недосуг: во дворце почти мгновенно все всполошились, как увидели в покоях Озириса ядовитую змею. Её же надо было уничтожить!

— Мы думаем, светлый господин, – сказали судьи, пришедшие разобраться в случившейся гибели престарелого вельможи и его жены, – что это ОНА.

— Кто ОНА? – не понял Ленхатеп.

— Та самая колдунья, Иштар, которая уничтожает сановников то в Египте, то в Шумере, то в соседних странах.

— Да-да, где её только ни пытались отыскать: и в Ашшуре, и в Двуречье, и в Вавилоне, и в Хеттском царстве…

— Может, это богиня Возмездия, – произнёс кто-то из судей.

— Да нет, – перебили его. – Это реальная женщина. Просто она очень хитрая, умная, сообразительная, мстительная. У неё каждый раз всё новые затеи, новые и страшные казни.

— Конечно, это интриганка! – сказал Петенэ, своячник фараона и близкий друг Осиристепа.

— Почему ты так решил? – спросил его Ахотеп, судья из Сокары.

— А как же? – ответил Петенэ. – Богиня не стала бы пронзать горло железной палкой!

— А какой смертный решится принести с собой гремучую змею? – возразили ему.

Так ничего Ленхатеп тогда и не узнал, кто же погубил его родителей. Но с тех пор стал всё чаще отмечать, что слухи о коварной красавице, уничтожающей богатых и далеко не честных сановников (то в Египте, то в соседнем государстве), не стихают, а наоборот, распространяются больше и больше. И Ленхатеп тоже стал думать, кто же это.

В тот день, когда Ленхатеп приехал в опустевший дворец и услышал о красивой незнакомке, которая в чём-то, похоже, обвиняла его родителей (слуги не посмели и близко подойти к покоям, раз им это было запрещено, но уши-то воском они не заливали и слышали женский голос, что-то говоривший на повышенных тонах), предположение, быть может, и мелькнуло в голове Ленхатепа, но мужчина сразу же его прогнал. «Нет-нет, какая глупость!» – мгновенно убедил себя Ленхатеп, что с Найфел эта коварная красавица не может иметь ничего общего.